Книга Покорение Михримах, страница 48 – Мария Берестова

Эта загадочная фраза не заинтересовала меня в тот момент; я все еще думала о том, что так и не решилась взять его за руку.

Это была последняя черта, которая никак мне не давалась. И в первый раз интимное сближение с ним далось мне мучительно тяжело; но тогда он постоянно делал мягкие шаги мне навстречу, провоцировал меня, твердо вел к этому нежному сближению. Сейчас же он все оставил на откуп мне — нужно было делать первые шаги самой, нужно было решаться недвусмысленно заявлять о моем интересе к нему!

Я не боялась быть отвергнутой; я всегда чувствовала его поддержку; и все же мне было так сложно!

В другой раз я все же решилась спросить:

— Рустем, но как вообще завязываются любовные отношения на равных?

Почему-то он нахмурился; подергал себя за бороду; нехотя произнес:

— Трудный вопрос, Михримах. У нас принято считать, что такие отношения в принципе основаны на изначальном неравенстве. В браке женщина подчиняется мужчине.

— Это не может распространяться на госпожу из рода Османов! — недовольно передернула я плечами.

И столкнулась с его глубоким грустным взглядом.

И только тут до меня дошло, в чем основная трудность нашего союза.

В браке женщина подчиняется мужчине; но для меня это невозможное положение вещей.

В браке с султаншей мужчина подчиняется женщине; но для него это невозможное положение вещей.

Кажущееся неразрешимым противоречие лишь несколько секунд казалось мне трагедией; очевидный выход нашелся сразу:

— Ну что ж, паша, — довольно промурлыкнула я, — значит, мы будем первыми, кто построит брак «на равных».

Он улыбнулся очень солнечно:

— Так и будет, госпожа!

…легко заявить. А выполнить как?

Нет никаких учебников, в которых писалось бы, как строить брак, тем более — брак султанши и паши, тем паче — если они хотят равноправия в этом браке. Придется самим что-то придумывать?

Я не привыкла пасовать перед трудностями. С утра пораньше я достала чистый лист бумаги и задумалась. Теплый утренний свет приятно золотил письменные принадлежности, вдохновляя на рабочий лад.

Сперва я попыталась составить список того, как я понимаю равенство в браке для себя; но у меня ничего толкового не вышло. Пораскинув мозгами, я пришла к выводу, что легче написать, что я понимаю под неравенством в браке. Но и тут наскреблось всего три пункта:

1. Если муж принимает касательно меня и моей жизни решения, не спросясь у меня и не согласуя их с моим мнением.

2. Если муж считает меня изначально глупее него и утаивает часть информации мне «во благо».

3. Если муж не дает мне возможности участвовать в общих решениях.

Что ж! Это было уже неплохое начало, и с этим списком я вечером пошла к паше. Он похмыкал и признал, что все три пункта справедливы. На предложение составить свои пункты он сперва поотказывался, но я логично отметила, что тогда как же мне ориентироваться, как себя вести?

С большой неохотой, явно через силу, он выскреб из себя несколько строк:

1. Позиция «я госпожа — ты слуга» неприемлема

2. Манипуляции и ложь неприемлемы

3. Вне зависимости от обстоятельств, жена должна заботиться об авторитете мужа в глазах окружающих

4. Для детей родители должны быть равны, а не «мама главная»

5. Угрозы разводом неприемлемы

Первые два пункта мне были уже знакомы, третий самоочевиден, четвертый в голову не приходил, а вот пятый откровенно напрягал. С другой стороны, если я и впрямь решусь развестись с пашой — мне будет уже безразлично, что там в этих листочках мы записали. Так что этот пункт не очень-то меня волновал.