Онлайн книга «Букет фрезий»
|
А я бросила быстрый взгляд на мужа. При словах врача о беременности, Руслан заулыбался, самодовольно надулся, и вид у него был… счастливый. Мне же казалось, что надо мной снова сгустились тучи. Темные, грозовые, с градом, с молнией, которая вот-вот шарахнет по голове. А если это ребенок не Руслана? Я пойму, если он после этого даже смотреть в мою сторону не станет… Остаток игры я просидела у доктора. А Даша сказала, что Руслан вернувшись на площадку, буквально летал, выдавал сложные подачи, отбивал немыслимые удары, и хотя тренер пытался уменьшить нагрузку, царил в игре. И во многом благодаря ему 'Ястребы' всухую победили. По дороге домой мы заехали в аптеку и купили тест. Я бы может и отложила его использование на утро, но у Руслана был такой вид — словно у ребенка, которому пообещали новомодную игрушку. Он пошел на кухню. 'Проверить холодильник'. А я в ванную. Вторая полоска появилась почти сразу, чему я даже не удивилась. Со мной частенько такое происходит — сбывается прямо противоположное. Придя на кухню, не сумела скрыть своего разочарования. — Нет? — уточнил Руслан. — Ну ничего, в следующий раз у нас точно получится. Вместо ответа протянула ему тест с двумя полосками. — Понимаешь, я не думала, что так сразу… Мы с тобой не говорили… Я не знаю, смогу ли… У меня никого не было, кроме Ольги… — мысли перескакивали с одного на другое, стараясь обойти главный момент с отцовством. — Ну какая из меня мама? — Я уверен — самая лучшая! — Руслан обнял меня и закружил по кухне. А потом осторожно поставил. — Ой, прости. Тебе, наверное, нельзя. Как ты себя чувствуешь? Эта неподдельная тревога в его голосе, любовь, нежность, сорвали плотины, и я разревелась. — Ну не надо, Ленусь, не плачь. Тебе нельзя волноваться, — Руслан усадил меня к себе на колени. — Я тоже не умею быть папой, но ничего, вместе научимся… Он что-то говорил еще успокаивающее, а я думала, что будет, если ребенок родится беловолосый и сероглазый? Несмотря на все мои уговоры, к гинекологу в понедельник мы пошли вместе. После осмотра, врач разрешила и Руслану зайти в кабинет. Беременность подтвердилась. 5–6 недель. Мне выписали кучу анализов, надавали рекомендаций. Насколько счастливо выглядел муж, настолько же пакостно было на душе у меня. Видимо что-то заметив, доктор попросила Руслана выйти, отговорившись, что ей нужно сказать мне что-то лично. — Я вижу, вы не рады, — заявила она, едва закрылась дверь. — А можно установить точный срок? — я лихорадочно пыталась вспомнить, что и когда было. Но по всему выходило, что я была и с Русланом, и с Глебом с разницей в один день. И если срок придется на новый год, то вопросов с отцовством нет. А если позже… — По УЗИ можно сказать точнее, но сейчас срок еще маленький и я бы не рекомендовала его делать, приходите через пару недель, сердечко послушаем, — женщина по-доброму улыбнулась. На работу я приехала с еще большей сумятицей в голове. Еще и Ольга внесла свою лепту, жалуясь на Ивана, что тот из-за беременности пылинки с нее сдувает, не дает ничего делать, за руль не пускает, и даже кофе не разрешает пить. Но в ее голосе сквозила гордость, она радовалась своему положению. Я не смогла ей сказать о своей беременности. После разговора со счастливой подругой, на меня как затмение нашло. Я открыла инет, нашла ближайшую клинику, в которой делают аборты и записалась на прием. Через час уже была в кабинете. |