Книга Любовь после развода, страница 72 – Мария Высоцкая

— Ну куда ты пойдешь! Куда? Алина, мы же семья. Алина!

Костик, подсуетившись, вырывает у меня из рук чемодан. Между нами завязывается борьба за вещи, и все это под громкие мамины рыдания.

Отчаяние накрывает огромной волной, которая топит меня секунда за секундой.

Я начинаю ненавидеть себя за то, что причиняю маме боль.

— Свалить решила? Обгадила здесь все и в кусты? Нет уж. – Костик все же одерживает победу в борьбе за мой чемодан. – Здесь останешься. Вместе будем это дерьмо разгребать. Я на это не подписывался!

— Отдай, – толкаю его, но силы неравны.

— О матери подумай.

— Алина…

— Мама, ну как ты не понимаешь…

— Это ты не понимаешь, – снова брат. – Ты во всем виновата. Если с мамой что-нибудь случится, ты будешь виновата.

Именно в этот момент мама хватается за сердце и падает на пол. Перед глазами пролетает вся моя жизнь. Кидаюсь к матери и понимаю, что она еле дышит.

— Я сейчас, сейчас, – достаю телефон и звоню в скорую.

Костик, судя по лицу, тоже в шоке. Побелел весь.

— Она чего? Эй, мам, – бормочет, продолжая крепко держать мой чемодан. – Это ты во всем виновата. Довела мать.

После этих его слов, открывается входная дверь и на пороге появляется Максим.

— Ей плохо, – смотрю на Макса.

— Скорую вызвала?

— Да, – киваю, вытирая слезы.

— Макс, – Костик заискивающе улыбается. – У нас тут разговор, семейный, – нервно посмеивается.

Шалимов подхватывает меня под мышки и поднимает с пола. Потом то же самое делает с моей мамой и усаживает ее на стул в кухне.

— Стоять! – басит, заметив, что Костик хочет улизнуть из дома. – Шаг еще отсюда сделаешь, я тебе башку откручу.

— Да я так… Скорую встретить.

— Без тебя поднимутся.

— Мама, – протягиваю ей стакан воды, – попей.

— Алинка, – мама всхлипывает, но даже руку вытянуть не может. Сама ее пою.

Когда приезжает скорая, я оказываюсь не в состоянии хоть что-то им рассказать. Понимаю только, что за меня это делает Макс. В общих чертах им что-то объясняет.

Когда маму забирают, меня жутко тошнит.

— Ты как?

Макс упирается ладонью в стол и склоняется надо мной.

— Нормально. Хорошо, все в порядке… Куда они ее увезли?

— Никуда. Укол сделали, она в соседней комнате.

— Правда? – моргаю. Ресницы слиплись от слез, и я почти ничего не вижу.

— У нее просто скакнуло давление. Ничего страшного нет. Ты, – смотрит на брата, – чемодан отнеси в тачку, – бросает ему ключи. – Не вернешься, я тебя найду, а дальше ты сам знаешь.

— Знаю-знаю, – фырчит Костик и послушно тащит чемодан в машину. Минут через пять и правда возвращается обратно. Отдает Максиму ключи.

— Поехали, Алин.

— Я не могу. Теперь точно не могу.

Макс насильно поднимает меня со стула. Сил сопротивляться нет. Только плакать. Маме из-за меня стало плохо. Из-за меня. Костик прав, я во всем виновата. Только я. Не нужно вообще было приезжать. Никогда.

— Можешь. Легче в твоем присутствии ей не станет.

— Я… Я к ней схожу, – выкручиваюсь и плетусь в комнату.

Мама лежит на разобранном диване. Бледная, но с открытыми глазами.

— Мамочка, – сажусь с ней рядом. – Прости меня, пожалуйста. Прости.

Мама сжимает мою ладонь и улыбается.

— Все хорошо, доченька. Со мной все хорошо.

— Правда?

— Конечно. Езжай в Москву.

Моргаю. Неверяще ее разглядываю. Мне послышалось?

— Ты… Ты правда не обидишься?