Книга Она моя зависимость, страница 69 – Мария Высоцкая

Мозг уже давно сопоставил все происходящее и нарисовал самую отвратную на данный момент картину мира.

Он уехал. Он точно уехал. Его достали мои вечные проблемы и заморочки. Видимо, так все и должно было закончиться. Ничем. Пустотой внутри.

Даже не предупредил. Просто исчез.

Я даже ненавидеть его не могу, потому что шок сейчас сильнее каких-то негативных эмоций. Просто смотрю перед собой и плачу. Тихо так. Беззвучно.

Небо над моей головой темнеет, тучи сгущаются. Первые капли попадают на лицо. Вздрагиваю. Стираю холодную воду со лба пальцами и ускоряю шаг.

Сбежать от дождя невозможно.

Транспорт здесь ходит не особо часто. Раз в сорок минут примерно. Этот ЖК закрытого типа, рядом огромный парк. Полное уединение. Все здесь передвигаются либо на собственном транспорте, либо на такси. Не думаю, что кто-то ходит по утрам на маршрутку.

Сама я тоже отсюда всегда на такси уезжала, но не сегодня. Телефон сдох. Ночью я забыла поставить его на зарядку, а когда выбегала из дома, там было около пяти процентов.

Поэтому приходится топать по уже сырой дорожке к остановке. Ливень стеной, а зонтика с собой нет.

Вымокшие волосы прилипают к щекам, куртка больше не греет. Скорее наоборот.

Забегаю под козырек, практически падая на лавочку. Все время, что я жду маршрутку, дождь не прекращается. Меня слегка колотит от промозглых капель и вымокшей одежды. Еще, как назло, и ветер поднимается. Зубы стучат. Обнимаю плечи руками, чтобы хоть немного согреться. Я прошла под дождем минут пятнадцать-двадцать. Сначала стояла на крыльце магазина, думала, ну вот сейчас закончится, но нет. Пришлось выдвинуться к остановке через парк.

К вечеру, когда я уже попадаю домой, начинает болеть горло, а ночью поднимается температура. Мама пичкает меня таблетками и накрывает еще одним одеялом.

Я лежу покрытая потом и все еще не могу поверить, что это конец. Что все действительно закончилось. Вот так, за один день…

Озноб приходит уже к утру. Мне то становится дико жарко и хочется снять с себя все до трусов, то резко бросает в холод, так, что даже два одеяла не помогают согреться.

Кости ломит, каждый сустав выкручивает. Такого паршивого состояния я даже припомнить не могу. глаза слипаются, но уснуть не получается. Головная боль не позволяет. Я мечусь по подушке, перебиваясь полудремой. То проваливаюсь в царство Морфея, то резко распахиваю глаза, первые секунды не понимая, где я.

Когда я в очередной раз открываю глаза и вижу перед собой Андрея, понимаю, что, кажется, окончательно сошла с ума. Допрыгалась. Здравствуйте, глюки.

С губ срывается то ли стон, то ли писк.

Образ Андрея реагирует на звуки, что я издаю, и поворачивает голову.

— Ты как?

— Ты настоящий? — высовываю руку из-под одеяла, чтобы до него дотронуться.

— Более чем.

— Как? Как ты тут оказался? Если мама увидит, то…

— Она сама меня впустила.

— Сама?

— Я был настойчив, — его губ касается легкая улыбка.

Андрей поднимается со стула и, чуть приподняв меня, садится к изголовью кровати, перекладывая подушку на свои колени.

— Ты звонила… Я телефон в клубе оставил. Вечером, вчера только, администратор через Ярика передала. Мне с утра как-то не до этого было. Где ты умудрилась так простыть, а, Еськ?

— Не важно, — сглатываю скопившуюся слюну, морщась от едкой, раздирающей горло боли. — Андрей, я решила, что поеду с тобой.