Книга Она моя зависимость, страница 115 – Мария Высоцкая

Не чудится…

Сглатываю. Слегка растерянно кошусь на мужа и, как примерная жена, отношу рубашку в стирку. У меня не то что слов нет, у меня мысли путаются настолько, что я не могу понять, о чем думаю…

Просто на автомате шагаю к корзине для белья и завороженно наблюдаю, как испачканная ткань летит вниз.

Внутри холодно. Задерживаю дыхание, чувствуя, как по щеке скатывается первая слеза. Прикладываю ладонь к груди. Словно это поможет успокоить разбушевавшееся сердце. Пульс зашкаливает. В ушах шумно. Упираюсь рукой в стенку, потому что ведет.

Знаю, что последний месяц нам было сложно. Майя родилась раньше срока. После выписки из роддома я впала в апатию. Первые пять дней я как призрак по дому слонялась, потом стало легче. К счастью, это не перешло в послеродовую депрессию, но все же сыграло роль в ухудшении наших взаимоотношений.

Андрей постоянно пропадал на работе, я на него злилась. Он, наверное, на меня…

Даже предложил нанять няню. Я, правда, не оценила. Моя и так не слишком стабильная самооценка восприняла это в штыки. Паршивое чувство, когда чужая тетка будет трогать моего ребенка. Я так не могу. По крайней мере сейчас.

Вот и получается, что я не успела родить, а сама же, вот этими руками, посадила себя за решетку. Привязала к младенческой кроватке и закрылась от мужа на тысячи замков. Еще и мать его…

Может быть, я стала выглядеть иначе после родов… Не поправилась вроде, да и с зубами и волосами все в порядке. Не знаю.

Но разве все это может быть поводом для…

Назвать помаду на рубашке признаком измены не поворачивается язык. Да и не хочу я в это верить.

Но если это правда? Если у него кто-то есть?

Просыпаюсь уже ближе к обеду.

Открываю глаза и первым делом перевожу взгляд на детскую кроватку.

Промаргиваюсь, пока сердце медленно уходит в пятки. Ребенка в комнате нет.

Второпях набрасываю на плечи халат и бегу вниз. На лестнице спотыкаюсь, хорошо, что успеваю ухватиться за перила и не улететь кубарем вниз.

Почему-то хочется выбежать на улицу и удостовериться, что там нет машины свекрови. Еще ее мне с утра не хватало.

Заглядываю на кухню и вот теперь могу выдохнуть. Дома мы втроем.

Майю взял Андрей.

— Она плакала, забрал, чтобы тебя не разбудила.

Я настолько вчера себя измотала, что даже не услышала, как дочь капризничает.

— М-м-м, спасибо, – закручиваю волосы в пучок на макушке. Запускаю кофемашину. Сейчас мне нужен латте, желательно с сиропом. Что-нибудь сладкое будет явно кстати.

Бросаю взгляд на бутылочку на столе. Значит, Андрей ее уже покормил. Молодец. Но от укола все равно не удерживаюсь:

— Удивительно, что ты услышал, как она плачет.

— Не язви.

— Даже не пытаюсь.

«Поверь, дорогой, сейчас меня волнует другое. Что за чертовы следы помады на рубашке?!»

— Что это вчера было, м?

— Недоразумение.

— То есть теперь столь эпичное появление дома так называется?

— Есь…

— Да ладно, – пожимаю плечами. – Кстати, спасибо, что не забыл про маленькую дату нашей дочери.

Андрей прищуривается. Судя по внешнему виду, ему явно несладко и вчерашний поход в ресторан не остался без последствий. Стоит чуть повысить голос, и лицо мужа начинает выражать муку. Голова, видимо, болит.

Так ему и надо!

— Но ты не переживай, мы от пуза наелись молока и завалились спать.