Книга Недетские игры, страница 97 – Мария Высоцкая

Только вот, когда Бушманов появляется в зале и дарит Ритке цветы, я чувствую укол ревности. Она как клещ вцепляется в его руку, сыпля благодарностями. Напоследок даже целует в щеку.

Карина, наблюдая за этим, удивленно приподнимает бровь и переводит взгляд на меня.

— Не знаю, — пожимаю плечами, на которые в скором времени ложатся ладони Кирилла.

Первым порывом мне хочется их сбросить, но я пересиливаю себя и свою необоснованную ревность. Уверенно кладу свою руку поверх его пальцев и мило улыбаюсь.

Кирилл садится рядом, и ему сразу предлагают выпивку. Он отрицательно качает головой, поясняя, что за рулем. А потом я слышу голос. Противный женский голос, что обливал меня помоями в туалете.

Ксюша, так зовут нашу с девчонками одноклассницу, которую я даже не сразу вспомнила, открывает свой рот.

— Блин, Бушманов, тебя не узнать. Стал такой… Ммм, серьезный дядя, — смеется Ксюша, делая вид, что меня здесь вообще нет.

Рита в этот момент внимательно наблюдает за происходящим, я это замечаю. Но вида не подаю.

— Ты тоже ничего, — парирует Кирилл и сжимает мою ладонь.

Ксении его ответ не очень нравится, она надувает губы и мгновенно переключается на рядом сидящую подружку.

— Кажется, — шепчу, — ты ее обидел.

— Примерно на это я и рассчитывал, — Кир пожимает плечами и кладет в свою тарелку какой-то салат.

Я же решаю познакомить его с Антоном. Кажется, чета Пылеевых здесь — самые адекватные люди.

— Это Карина, ты ее помнишь, наверное, — начинаю второпях, — а это Антон, ее муж.

Бушманов пожимает протянутую Антохой руку, и тот сразу предлагает выйти покурить.

— Я не курю.

Антон мешкает, видимо не зная, что сказать, и в этот момент у Кирилла звонит телефон.

— Я на минуту.

Бушманов уходит, Антон тоже спешит на улицу со словами: «А я, пожалуй, подымлю».

Карина наблюдает за удаляющейся фигурой мужа, после чего разворачивается ко мне.

— У вас, вижу, все серьезно.

— Да.

— Я за тебя рада. Наконец-то ты решилась на отношения. Кир неплохой парень, еще со школы. Мне кажется, ты ему и тогда нравилась, — заговорщически шепчет подруга.

Я смеюсь и вздрагиваю от прикосновений. Ритка нависла над нами коршуном.

— И чего это мы одни, без мужиков, скучаем? Куда всех растеряли? Или они от вас сбежали?

— Не дождешься, — смеется Карина, только вот глаза у нее остаются холодными. У них с Ритой и раньше часто возникали разногласия. Только Пылеева, в отличие от меня, всегда давала отпор.

— Фу, какая ты злая, Каринка. Пойдемте лучше танцевать.

— Мы пока разговариваем, — вмешиваюсь с улыбкой, заглядывая в Риткино лицо.

Она прикусывает нижнюю губу, ее щека едва заметно дергается, и подружка, оттолкнувшись, идет в центр зала крутить бедрами.

— Столько лет ее знаю, — подает голос Карина, — но иногда складывается ощущение, что это вовсе не так.

— У меня тоже, — печально соглашаюсь.

С одной стороны, мне противно от самой себя за такое вот подтверждение. Ведь Рита столько лет играла роль моей жилетки. Выслушивала, давала советы, поддерживала. Во всей этой нескончаемой передряге с Олегом Рита на протяжении семи лет держала руку на пульсе и была готова примчаться ко мне среди ночи со словами ободрения.

Я же сейчас веду себя по отношению к ней плохо. Вон даже к Киру ревную, хотя ни он, ни она поводов не давали.