Книга Недетские игры, страница 49 – Мария Высоцкая

Только вот когда в дверь снова звонят, я споласкиваю ведро под душем.

То, что Ритка идет открывать, ясно как день.

Ополаскиваю руки и, немного поправив хвост, который завязала на самой макушке, выхожу в прихожую.

— …тебе здесь не рады, — язвит Макарова.

Кирилл, а я уверена, что это он, остается стоять за порогом. Когда подхожу ближе, убеждаюсь, что это действительно он.

— Рит, — прячу руки за спину, — это я его позвала.

— Что? Мы о чем с тобой днем говорили?

Рита закатывает глаза и смотрит… Не с жалостью. Нет. Со злостью. Я прямо вижу, как в ее зрачках пылает огонь. Страшные языки пламени.

— Он по делу, — киваю в такт своим словам и открываю дверь шире. Тем самым задевая подругу плечом.

— Больная!

— Рит…

Кирилл переступает порог. Молчит.  Реагирует на Риткину истерику максимально спокойно, так, словно ничего здесь вообще не происходит.

— Макарова, у тебя климакс или просто мужика не хватает?

Что я там говорила про его молчание?

Лучше бы он и правда молчал. Закрываю лицо руками, потому что знаю, что вот сейчас будет скандал. Подруга в свою сторону такого не потерпит.

— Зато, я смотрю, ты себе решил новое развлечение найти, — фыркает, задевая меня взглядом. — Прости, Оль, это не в обиду тебе, но как ты можешь… Я думала, что твои мозги наконец-то встали на место.

Пока Рита изрекает этот поток слов, она одевается. Застегивает пуговицы на рубашке, ремень сумки поправляет, лодочки…

— Ты все не так поняла, — выдыхаю. Пытаюсь оправдаться, как и всегда, пытаюсь оправдаться.

— Это твое дело и твоя жизнь, — вымученно ведет рукой по лбу. — Просто я тебя предупреждала.

Рита натянуто улыбается, целует меня в щеку и выскальзывает за дверь.

Пару секунд смотрю на деревянные реечки. Которыми хозяйка зачем-то обила дверь с внутренней стороны, и только потом перевожу взгляд на Кирилла.

Он, в отличие от меня, невозмутим.

— Она, наверное, права, — выдаю, прежде чем успеваю подумать. В голове так много мыслей, и все они путаются. Я абсолютно не знаю, как будет лучше для меня самой. Любые колыхания почвы под ногами вводят в растерянность. Вот как сейчас.

— Нет, — отрезает Бушманов и, скинув обувь, идет на кухню.

Семеню следом.

Кирилл садится на стул, тот самый, на котором еще пять минут назад сидела Ритка.

— Завтра с двенадцати до двух ничего не планируй. Я в это время заскочу, поедем к Ромке.

— К кому?

— По поводу работы.

— А, — поджимаю пальчики на ногах. — Спасибо.

Тереблю кончики своих волос, намертво прилипнув спиной к стене.

Кирилл поднимается. Осматривает кухню, чуть дольше задерживая взгляд на бутылке шампанского. Едва заметно ухмыляется и делает шаг к арке, ведущей в прихожую. Вот-вот пройдет мимо меня.

Еще сильнее вжимаюсь в стену, но при этом, мне вдруг очень хочется, чтобы он до меня дотронулся. Вытягиваю руку, задевая пальцами только плотный материал его куртки, стоит только мужской фигуре поравняется с моей.

— Может, поужинаем? — спрашиваю, смотря перед собой. Кирилл уже в прихожей, возможно, вообще меня не слышит. Но это, конечно, неправда. Я чувствую на себе его взгляд, и продолжаю:

— Я приготовила, поесть не успела, Ритка забежала…да и поговорить мы хотели…

— Ну, что ты мне хотела сказать, я в принципе понял, — его голос становится ближе.

— Да? — резко разворачиваюсь, практически налетая ему на грудь.