Книга Недетские игры, страница 32 – Мария Высоцкая

Отец остыл, у него уже тогда, видимо, начали появляться проблемы на работе, и мои отношения ему вдруг стали в радость.

Олег по-прежнему папе не нравился, зато его перспективы и Бушманов-старший — очень даже. «Свадьба» из его уст стала звучать все чаще, как гимн нашей семьи. Ну а когда Олег ушел, папа хлестанул словами, что-то вроде «сама виновата, я тебе говорил».

— Езжай к себе, Оля, — доносится еле слышно. — Тебе это ни к чему, — шепчет мама и подталкивает меня в прихожую.

— Мам…

— Твой отец пользуется положением. Я это прекрасно знаю. Если бы у меня были деньги, я бы наняла ему сиделку и больше не слушала весь этот поток дерьма.

Мама достает из шкафа мою куртку и берет свой телефон.

— Я тебе такси вызвала.

— Это же дорого…

— С одного раза на разоримся. Езжай и не реви, — качает головой, стирая с моих щек слезинки.

— Я могу остаться, поддержать тебя.

— Не нужно, я справлюсь с этим сама. Если понадобится помощь, обязательно позвоню. А вообще, лучше собирай вещи и уезжай обратно, нечего себе жизнь портить. Там большой город и перспективы. Сколько он еще так проваляется в своих причудах? Врач говорит, что все у него нормально, было бы желание. Но твой отец выбрал самый простой вариант — лежать и ныть.

Я, кажется, в папу, вздыхаю от собственных мыслей.

— Мам, — сглатываю, — Олег вчера приезжал.

Мамины челюсти сразу стискиваются.

— И?

— Я в ванной спряталась. Он ушел.

— Зачем пускала?

— Я думала, это Рита.

— В глазок, значит, смотри. И от товарища этого держись подальше. Возьми себя в руки, я знаю, ты у меня сильная девочка.

Мама целует меня в щеку и провожает до машины.

Весь путь я провожу в своих мыслях. Уже у подъезда мне звонят. Сообщают, что приходить на собеседование завтра не нужно. Они уже нашли человека.

Сбрасываю вызов и присаживаюсь на лавку. Внутри все сжимается. Так жаль маму… Теперь еще и работа. Снова отказ.

Слезы на глаза наворачиваются сами. Я очень люблю своих родителей, но маму как-то больше… Не знаю. Просто она была единственным человеком, который меня всегда поддерживал и не давал повесить нос.

Всхлипнув, подтягиваю колени к груди. Фонарь над подъездом горит тускло.

Сбоку слышатся шаги, но я смотрю перед собой. Снова всхлипываю.

— Ты чего опять ревешь?

Поднимаю голову. Кир стоит рядом, руки в карманах, куртка расстегнута. Мне сначала кажется, что у меня галлюцинации, но нет. Он правда надел куртку на голый торс.

— Утром ты был менее приветлив, — отворачиваюсь.

— Утром я еще спал, — улыбается и садится рядом. — Так что случилось?

— Ничего, — вздыхаю. — Все у меня нормально.

— Твой красный нос тому явное доказательство.

Он издевается, а я на автомате прикрываю нижнюю часть лица рукой.

— Не по погоде как-то, — смотрю на распахнутую куртку, а если точнее, на то, что под ней.

— В магазин вышел.

— Я тебя не задерживаю, — снова отворачиваюсь и прячусь в свою раковину.

Не хочу ни с кем говорить. С Киром особенно, потому что, когда он рядом, мои собственные ощущения меня пугают.

Я огрызаюсь, а внутри держу мысль: только бы не психанул и не ушел. И это странно — такое мое к нему отношение.

— Не загрызла, но покусала, — снова улыбается.

— Магазин скоро закроют.

— Я сейчас спрошу, — делает паузу, — ты только не бесись.

— Ну, — приподнимаю бровь с вызовом. Теперь уже смотрю ему в глаза. Но лучше не стоило этого делать, конечно.