Книга Будет больно, моя девочка, страница 173 – Мария Высоцкая

Майя не заменила мне все.

Я люблю ее безумно, но свою злость, свой азарт, мне нужно было где-то сливать.

Я настолько погрузился в мир ее правильности и ванили, что временами было страшно просто что-то сказать. Что-то, что нарушит нашу идиллию. Сделать что-то не то при ней, но это не мешало мне отрываться по полной без нее. Парадокс.

Мы не спали. Точнее, не спали до ее совершеннолетия. Мне казалось это правильным. А когда неделю назад все случилось, моя одержимость Панкратовой вышла на новый уровень. Если раньше моя ревность еще поддавалась хоть какому-то контролю, то теперь, нет. Совсем.

Моя ревность — это страх. Страх своей не идеальности, для такой идеальной Майи. Чувство, которое разъедало изнутри весь этот год. Чувство, которое подстегивало бывать на играх, чтобы помнить, кто я, и что вся эта игра в хорошего парня — не более, чем фикция.

Вот и ответ, где и зачем я зависал ночами.

Перечитываю сообщение. Смотрю на фото. Кто и как его далал? Кто?! Гребаный мир трещит по швам, я проваливаюсь в кроличью нору, полностью теряя связь с реальностью.

Сила разрушения колоссальная. Крепко сжимаю руль и разворачиваю тачку. Еду обратно к Майе, но ее уже нет дома. Пытаюсь вспомнить, видел ли по дороге сюда хоть одно такси, но правда в том, что я не смотрел по сторонам. Прикрываю глаза, откидываюсь на подголовник. Думаю. Куда она могла поехать? Где может быть?

Звоню. Снова и снова набираю номер Майи, до момента, пока она не скидывает.

Строчу сообщение за сообщением. Смысловой нагрузки в них нет. Оправдываться буквами я не буду. Я должен ее увидеть. Должен поговорить. Она просто не понимает…

Настолько не понимает, что в итоге вырубает телефон.

Я уже сам себя не понимаю. Все это какой-то абсурд. Сумасшествие с привкусом боли. Вот ее много. Разъедающей, порабощающей, заставляющей приклонить перед ней колено.

Стискиваю зубы, смотрю в лобовуху и думаю. Где она может быть?

Когда телефон издает звук, как ошалелый хватаю его, но волна энергетического подъёма угасает сразу, как только вижу, что сообщение не от Майи.

«Вот ты и показал свое истинное лицо, Арсений. Хорошего вечера!»

Гребанный аноним. Снова другой номер. Снова ни черта не отследить.

В приступе ярости прикладываюсь боковиной телефона о руль один раз, потом еще и еще. Когда осознаю, что мобильник мне нужен живой, на случай, если Майя все же возьмет трубку или позвонит мне сама, успокаиваюсь. Выдыхаю и еду к Ренату. У него обычная пятничная тусовка, без игр сегодня.

К себе ехать не хочу просто потому, что точно свихнусь.

Пока рассекаю улицы, постоянно поглядываю на экран смартфона, но он остается темным.

Добравшись до места, бросаю тачку у дома Гимаева, и захожу внутрь. Музыка оглушает. Если Майя вдруг позвонит, я ни за что не услышу. Это плохо.

Выхожу на балкон второго этажа, минуя веселящуюся толпу. Давлю пальцами на виски. Я не знаю, что делать. Я не знаю, что ей говорить.

Это какой-то абсурд. Майя поверила мне. Выбрала меня, несмотря на спор, но теперь…

В голове — адское варево. Плоть обуглилась. Все выжжено. Все кончено?

Слышу шаги. Оборачиваюсь. Это Ренат.

— Здорово. Не думал, что ты приедешь сегодня.

— Обстоятельства. Побуду у тебя немного и свалю.

— Да без проблем. Снова траблы с Майей?

— Что-то вроде того.