Книга Будет больно, моя девочка, страница 136 – Мария Высоцкая

Просто после случая в парке, родители настаивают, что лучше нам с Мейхером тусить у меня дома, чем шляться где-то вечерами. Они очень переживают, а я просто разрываюсь между двух огней.

Если скажу родителям, что Арсу вот такие посиделки дома на фиг не уперлись, они могут начать относиться к нему хуже. Папа и так не в восторге оттого, что мы вроде как вместе. Это вообще была его инициатива, чтобы я приглашала Арсения к нам домой. Так, всем вроде как будет спокойнее.

Но самое ужасное, что мне стыдно признаться Арсу, вот в такой вот гиперопеке со стороны мамы и папы. Я уже давно поняла — он очень скептически относится к своим родителям. Никого не слушает, делает что хочет, и мне в такой ситуации, стремно, что за мной до сих пор бегают, как за пятилетней девочкой. Мы с ним ровесники, но у него получается гораздо больше прав и свободы…

Тем не менее ссориться с папой из-за Мейхера я не хочу, поэтому пытаюсь балансировать. Иду на уступки со всех сторон. Папа ввел комендантский час, по которому в десять я должна быть дома. Даже на выходных. Он не скрывает, что особого доверия к Арсу у него нет. Наверное, именно поэтому я пытаюсь выстроить с Арсом дистанцию. Понять, насколько серьезно он ко мне относиться, готов ли хоть немного поступиться своим принципам и желаниям.

Я должна быть уверена в нем, но если честно, держать эту самую дистанцию с каждым днем становится все труднее. За две недели, что мы в отношениях, я старалась узнать Арса получше. Мы много разговаривали.

Арс любит экстремальные виды спорта, что, конечно, не удивительно, делает странные, но по-своему милые комплименты, из которых я убедилась, что раньше он никому ничего подобного не говорил.

Он рассказал мне много интересного о киноиндустрии, потому что по многу часов еще с детства проводил на съемочных площадках. Чем дольше я нахожусь с ним рядом, тем больше хочу его узнавать.

Мы максимально разные. Честно говоря, за это время нашлось вообще мало вещей, которые бы нравились нам обоим. А мне очень хочется, чтобы их было больше. Я хочу посмотреть, как он живет, потому что сам он о себе рассказывает немного.

Мейхер самый отстраненный человек в моей жизни, честное слово. Но, несмотря на это, с каждой прожитой минутой я влипаю в него все сильней и сильней.

Он — мой первый поцелуй. Он — моя первая серьезная симпатия. Он — мой личный демон-искуситель.

Мне кажется, что я отношусь ко всему, что между нами происходит серьезнее, чем нужно, но не могу иначе. Да и не понимаю зачем…

Если это и не любовь, то точно большая симпатия. Нет! Влюбленность. Первая. Настоящая. Искренняя. Может быть, на всю жизнь, как у моих родителей. Так ведь бывает, я точно знаю.

* * *

В пять я прощаюсь с мамой, и прихватив с собой куртку, выхожу на улицу. Машина Арса уже стоит за нашими воротами.

Машу Владу рукой и забираюсь на заднее сиденье. Как только я оказываюсь внутри, Арс закрывает обзор водителю на нас перегородкой, и мы сразу обнимаемся. В школе мне дискомфортно проявлять чувства, кажется, что все как-то не так смотрят, может быть, даже осуждают или сплетничают. Играть на публику, и бесить Арса фразами типа «моя любовь» — было весело. А как только все стало серьезно, мое отношение к происходящему изменилось. Пока мне достаточно того, что мы ходим за руки.