Книга Боюсь тебя любить, страница 119 – Мария Высоцкая

Эрик, это творческий псевдоним Юры, бегло проходится глазами по тексту и расплывается в улыбке.

— Мне нравится. Намутим тебе бит, такой, чтоб пробирало.

— Думаешь, из этого что-то выйдет?

— Уверен, пошли в студию, набросаем по-быстрому.

За стеклом чувствую себя неуютно. Давно не делала ничего нового. Так, только тексты пишу, в стол. Скоро паутиной покроюсь.

Накрываю ладонями наушники, прижимая их к ушам, и смотрю в заметки.

Наверное, в этот момент время останавливается.

Мелодия находит себя сама.

Я давно не испытывала этого чувства – душа нараспашку. И так легко сразу становится. Невероятно.

Хочется творить. Улыбаться. Любить.

— Да ты шикарна! – Юрка вставляет комментарий, вытягивая вверх большой палец. – На втором куплете повыше возьми. Отлично!

Улыбаюсь как дурочка. Сразу вспоминаю то время, когда меня хвалил Ерохин. Да, отношения у нас с ним в итоге закончились плохо, продюсер он хороший, а человек – дрянь. Но вот те первые, юношеские ощущения, когда тебе сказали: «Ты можешь. Ты молодец»… Они не забудутся и через сто лет.

— Юра, ты волшебник, – обвиваю его шею рукой, – завтра допишем?

— Давай. После обеда приезжай. Допишем, и я потом все сведу.

— Спасибо, – снова бросаю взгляд на часы и поджимаю губы. Почти два часа ночи. – Так, я домой.

— Слушай, текст – просто бомба.

Набрасываю на плечи пальто, а у самой на лице глупая улыбка.

— Я убежала, – посылаю Юрке воздушный поцелуй и скрываюсь за дверью.

В машине вновь проваливаюсь в раздрай. Не знаю, куда ехать, домой или к Ваньке.

Не то чтобы я не хотела сегодня увидеться с Токманом, просто мне кажется, что еще одна встреча будет сейчас лишней. Я должна переварить сказанные им слова, понять, готова ли…

Боже, ну кого я обманываю? Конечно готова.

Резко выкручиваю руль и, развернувшись на перекрестке, еду в уже до боли знакомую квартиру, хоть и была я в ней всего пару раз.

Номер квартиры на домофоне набираю слегка нерешительно. Слушаю гудки. Долгие. Длинные. За ними следует тишина, а после короткий сигнал о том, что дверь открылась.

Переступаю порог подъезда и почти бегом несусь к лифту.

Каждый шаг на лестничной клетке дается с трудом.

Ведь это окончательное решение. Прийти и остаться навсегда. Но разве я не приняла его еще неделю назад? А может быть, и раньше…

— Я думал, ты снова спрячешься, – Ванька открывает дверь до того, как я успеваю нажать на кнопку звонка.

— Было много работы, – смотрю почему-то в пол, – точнее, я создала себе ее нарочно.

— Понимаю, – Токман улыбается и пропускает меня в квартиру. Помогает снять пальто.

Пока он вешает его в шкаф, я успеваю собрать волосы и закрутить их в причудливый пучок на макушке.

Ванина рука ложится на мою талию по-хозяйски. Так ему свойственно и так для меня естественно. Между нами нет стеснений и жеманностей. Уже давно нет.

Делаю шаг навстречу. Зарываюсь пальцами в коротко стриженный ежик волос, втягивая носом аромат геля для душа. Что-то очень свежее.

— Я много сегодня думала…

— Лучше молчи, – чувствую в его словах насмешку, – не порти момент, Свобода.

Хохочу. Потому что именно эти слова он говорил мне в день, когда признался в любви. На речке недалеко от нашей дачи.

— Я согласна, – запрокидываю голову. – Ждать с ответом до твоего возвращения из Питера нет смысла. Я согласна.