Книга Его нельзя любить. Сводные, страница 145 – Мария Высоцкая

Новый год мы отметили вместе. Только я и он.

Это был мой первый счастливый праздник под бой курантов, не считая воспоминаний из глубокого детства, когда я еще не совсем понимала, что моя мать меня бросила на воспитание бабушке.

Тридцать первого мы с Яном не поехали в ресторан, куда нас звал Азарин, да даже на улицу не выходили. Закрылись в квартире, что Ян сейчас снимает, и не выходили оттуда аж до третьего января. Много занимались сексом, пили шампанское, говорили, наверное, обо всем на свете, пересмотрели кучу классных старых фильмов. Мы были счастливы.

Эти четыре дня наша жизнь была похожа на сказку. Только я и он. Никакого постороннего шума и людей.

За эти дни я по-настоящему осознала насколько мы с ним близки, как люди. Нам хорошо вместе и это главное.

Чтобы не говорила моя мать, а она продолжает кидать намеки в стиле : « Ян непостоянный», она его совершенно не знает. Я понимаю, что она за меня переживает. Не раз уже слышала о том, что мне нужно учится. Стать самостоятельной. Не завесить от мужчины.

Она перекладывает на меня все то, чего не смогла сделать сама. Хочет застраховать от повторения каких-то своих ошибок. Мы впервые с ней поговорили о моем настоящем отце.

Это был ее одноклассник. Первая, светлая любовь. Их разлад с бабушкой начался именно с того дня, когда мама призналась ей, что влюбилась. Ба была против, но разве в шестнадцать кто-то кого-то слушает?

Вот и мама не послушала. Так, вскоре появилась я, а мой отец…он просто уехал. Его родители эмигрировали и забрали его с собой. Напоследок они дали мама денег на аборт…

Это ужасно, как и то, что мама не хочет понять одну простую вещь — я не она. Мои отношения с Яном не похожи на историю ее любви восемнадцатилетней давности. Абсолютно.

Сегодня мама с Вячеславом собирают всех в ресторане. У Вячеслава юбилей. Ян не в восторге куда-то ехать, но отец лично очень просил его сегодня тоже там быть.

Я уже почти готова. Остается последний штрих — пара капель духов на ключицы.

Такси уже ждет внизу. Так получается, что мы с Яном едем в ресторан с разных концов города.

В зале ресторана шумно и многолюдно. Кажется, мама с Вячеславом позвали сюда всех, кого знают.

Подхватываю бокал шампанского с подноса официанта, радуясь тому, что не накрасила губы. Не люблю, когда на стекле остаются отпечатки помады. Делаю пару мелких глотков, и взмахиваю рукой.

Мама шагает прямо ко мне. На ней строгий белый костюм, волосы убраны наверх. Она как и всегда сияет. Чего-чего, а лоска ей не занимать.

Целую воздух у ее щеки, получая комплемент своему платью. Она на пару тонов темнее моей кожи.

— Что тебе сказали по проекту? Стажировка у нас в кармане? — спрашивает с улыбкой на губах.

Чуть крепче сжимаю бокал. К сожалению, мой проект не стал лучшим. Взяли другую девочку. Я узнала об этом еще неделю назад, но решила никому не говорить. Только Яну. Пока боль отказа не утихла, мне не хотелось слышать никаких сочувствующих речей.

— В другой раз, — жму плечами, снова пригубив бокал.

Мама моргает. На ее лице проскальзывает разочарование, но она быстро гасит эту эмоцию. Ободряюще сжимает мои плечи и отказывается от предложенного официантом шампанского.

— Ты же помнишь, что всегда можешь уехать?

Снова заводит старую шарманку. Последний месяц донимает особенно настойчиво.