Книга Как достать профессора, страница 102 – Ульяна Романова

— Интересно, теоретически, нас после института смогут взять работать в фирму, где работает Логинов? — отвлек меня голос Бауэра.

Я улыбнулась в кулак, пока не желая рассказывать, что Логинов загорелся идеей открыть свою компанию и взять к себе своих студентов — тех, кого научит он сам. Руслан уже взял на карандаш нескольких, и Бауэр с Васиным были в числе первых кандидатов.

— Было бы круто работать с ним, — согласилась Регина.

Я обернулась, заметив, как из здания суда выходит мой «уголовник» — как всегда на людях, хмурый и сосредоточенный. Он шел к нам, на ходу надевая темные очки. Сердце забилось в груди как ненормальное, а я не смогла сдержать довольной улыбки.

— Все молодцы! — сухо похвалил он нас. — До понедельника все свободны, а потом у нас новое дело.

Мои сокурсники важно кивнули, развернулись и отправились по своим делам. А Логинов, нисколько не стесняясь, обнял меня за талию, притянул к себе и полез в карман брюк. Достал ключи от машины, протянул мне и лениво сообщил:

— Ты за рулем.

— Да-да-да, — пискнула я, подпрыгивая от радости.

Руслан снисходительно улыбнулся и повел меня на стоянку.

— Ты монстр, — восхищенно призналась я, — в который раз присутствую на твоем заседании и каждый раз восхищаюсь!

— Не перехвали, — зарделся Логинов. — Поехали домой.

Руслан

Полина села за руль, подвинула сидение почти вплотную к нему и улыбнулась. Я устроился рядом, лениво наблюдая, как она снимает машину с ручника, заводит мотор и сосредотачивается на дороге.

Я любил наблюдать за ней. Мог часами смотреть, как она занимается, ведет машину или спит, свернувшись калачиком.

Эта девочка перевернула мой мир с ног на голову, встряхнула, отряхнула от пыли и заново научила любить жизнь.

Мне нравилось в ней все! Абсолютно. Но больше всего я любил ее радовать. Смотреть, как загораются ее глаза, как она подпрыгивает на месте от нетерпения.

В жизни не мог и представить, что с женщиной может быть так хорошо. Настолько, что в моем кармане лежало кольцо. И я собирался сделать ей предложение. Нервничал, как первокурсник на экзамене, и очень боялся, что она откажет.

За год с ней я многое понял и осознал. Например, что женщина может вдохновлять. Давать внутреннюю силу свернуть чертовы горы. Помогать, успокаивать, любить тебя не за достоинства, а за недостатки. Знать каждый и любить. Не за деньги и положение, а потому, что я вечно забывал, куда бросил ключи от машины. И потому, что у меня ямочка на щеке.

Она не пользовалась моим положением или властью своего отца. Упрямо прокладывала свой путь, чем вызывала мое восхищение.

Когда Полина рассказала, что у них новый «уголовник», который «просто зверь, Руслан, вернись, все юристы тебе душу продадут», я напрягся. Когда моя Поля решила доказать новому педагогу, что все знает, — заинтересовался. Когда она ночами зубрила уголовное право, ругаясь, что вместо одного демона у них теперь другой, намного злее, — восхитился ее упорством.

Ни слова не сказал, когда она переставила в нашем доме все так, как удобно ей. Покорно двигал стол к окну и радовался. У нас появились милые женские вещички типа цветных подушек и мягких игрушек. Статуэтки слонов, которые любила Поля.

И если до ее появления меня раздражало даже то, что моя кружка стоит не там, то ей я готов был позволить что угодно. Взамен она всегда давала больше. Приучила меня к домашней еде, как-то успевая учиться, развлекаться и готовить для меня. Никогда не забывала позвонить моей бабушке, чтобы удостовериться, что с ней все хорошо.