Книга Свадьбы не будет, страница 58 – Ульяна Романова

Я мысленно улыбался, но на всякий случай осмотрелся по сторонам в поисках неучтенной грядки с крапивой. Кнопка, громко сопя, бухнула у меня перед носом чашку с чаем.

Я принюхался, а мой предательский желудок заурчал. Есения закатила глаза и недовольно поинтересовалась:

— Пельмени будешь?

— Буду, – радостно согласился я, подумал и уточнил: – Свежие?

— Утром с куста сорвала, – бухтела кнопка, шарясь в морозильнике.

Достала упаковку пельменей, раскрыла пакет и внимательно в него посмотрела.

— Так, нимфа пельменная, ну-ка покажи, что ты там насобирала. Траванешь еще, совсем мертвый буду.

— Сам вари тогда!

— И сварю! Ты будешь?

— Буду!

— Соус приготовь.

Кирюха застал нас на «горяченьком». В смысле, кнопка под моим чутким руководством смешивала майонез, кетчуп и какой-то острый соус, а я следил за пельменями, которые крутились на дне большой кастрюли.

— Соль подай, – велел я, развернулся и закашлялся.

Кирюха с умным видом смотрел на представление «Лев и полторашка на кухне». Я же сообразил, что умудрился забыть, зачем мы вообще сюда пришли.

— Что? – спросил я у Кира.

— Лева, извинись, – отрезал друг.

— Ты мне карту эту наташкину покажи, я тоже посмотреть хочу.

— Не покажу. Просто извинись и все.

— Кирюха, тебе взятку дали? – сузил я глаза.

— Паучьими лапками взял, – отшутился друг, но я чувствовал его напряг.

Кирилл сел за стол и глубоко задумался, а я наткнулся на ехидный взгляд полторашки.

— С этой минуты я для тебя Есения Олеговна, – счастливо выдохнула она.

— Пельмени доставай, Есения Олеговна, сварились уже, – вздохнул я.

— Анфиса в гостиной, – напомнила она.

Пришлось идти. В конце концов, я мужик и обязан отвечать за свои слова.

Анфиса собирала карты в коробку, когда я вошел. Посмотрела на меня и как-то понятливо улыбнулась.

— Гражданка, – прокашлялся я, – Анфиса, как вас по отчеству?

Она весело улыбнулась.

— В общем, приношу свои искренние извинения…

— Сядь, – мягко попросила она, – не нужно извинений, я все понимаю. Знаешь, ко мне ведь люди приходят не за предсказаниями, а за беседой. Им хочется, чтобы кто-то выслушал, понял, дал совет.

— Хотите сказать, что вы обычный психолог? – вскинулся я. – Красный диплом по практической психологии, я знаю.

— Я необычный психолог, – таинственно улыбнулась Анфиса. – У тебя очень доброе сердце, Лев. А ты его прячешь ото всех. Страшно, только не признаешься никому, убегаешь, душу в латы залатал, но в чудеса еще веришь. Откройся, она примет. Такого, какой есть.

Она поднялась и тихо вышло, пока я стоял, словно пыльным мешком прибитый.

У меня что, прослушка стоит в машине?! Ладно, допустим, – и вероятнее всего, – матушка разболтала про Ленку, отчего Анфиса сделала вывод, что я якобы чего-то боюсь и куда-то бегу.

«Откройся, она примет. Такого, какой есть»

Этого я не говорил никому! Ни одной живой душе, даже брату.

Да ну не может такого быть! Не на лице же у меня написано, и мысли она читать не умеет на расстоянии.

Или… Нет, это точно бред.

И пока я изображал статую самому себе, стоя в центре гостиной, ко мне подошел такой же пришибленный Кирюха.

— Поехали?

— Да, – мотнув головой, кивнул я, – поехали.

Аппетит пропал.

Мы гуськом поплелись в прихожую, и каждый думал о своем. Провожать нас вышла Анфиса. Со значением посмотрела на каждого из нас, не сказав ни слова, и заперла дверь.