Книга Свадьбы не будет, страница 52 – Ульяна Романова

Оказалось, что нам нравятся одни и те же фильмы, мы любим одинаковую еду, музыку, лес, активный отдых и подурачиться. Кнопка, краснея, призналась, как она случайно обесточила всю школу в девятом классе, я в ответ рассказал, как взорвал школьный кабинет химии. Несильно, но из школы меня тогда только чудом не исключили, и если бы не вмешался наш с Мотом и Киром тренер по боксу, Роберт Леванович, то последствия могли быть гораздо серьезнее.

Я ночью даже запнулся, когда понял, что кнопке хочется об этом рассказать. А она слушала так внимательно, иногда только глазки отводила. Смеялась заливисто, заразительно, настолько, что я на ходу все свои курьезные случаи вспоминал, чтобы она еще улыбнулась.

И только когда до дома ее проводил, посмотрел за закрытую дверь подъезда и понял, что поплыл я – далеко так, и без весел.

Прямо там, на детской площадке, вылил себе на голову остатки воды из бутылки, которую мне кнопка отдала. Не помогло.

К себе домой тоже пешком пошел, на месте не сиделось от того урагана в груди, что ведьма разбудила. Завела, как зайчика Дюрасел.

У меня до сих пор на языке вкус ее губ ощущался, а сам я словно тоже пропитался ароматом лесных трав…

Да какого меня так кроет?!

Я резко поднялся и пошел выяснять у Мота, какого хрена он приперся так рано. Брат сидел за столом, уничтожая запасы печенья.

— Ты че так рано проснулся? – удивился он.

— Мотя, ты бы подковы снимал, когда домой заходишь, конь ты миланский!

— Да я тихо! – возмутился брат.

— Надо было тогда убедить маму усыновить кого-то другого, был бы у меня нормальный брат.

— И у меня! – радостно согласился Мот. – Ты почему злой такой?

— Потому что не выспался!

— А-а-а-а, ну да, ну да, я так и понял.

— Ты зачем приперся? – не выдержал я.

— Проверить, вдруг полторашка тебя вчера покусала, и ты лежишь весь раненый, кровью истекаешь, меня зовешь. Или того хуже – соблазнила так, что ты завелся как майский жук на картофельную ботву, да, Лева?

Я напрягся, глядя в смеющиеся глаза брата, а он кивнул:

— Видел.

— Бля-а-а-а, – протянул я, падая на стул.

Вытянул ноги, уперся ими в спящего кота и собрал обратно под недовольное «мяу».

— Ты бы помолчал, шерстяной! – пробурчал я.

В ответ Жирополк зафырчал, а я забрал у брата из-под носа его чай и залпом выпил.

— А я тебе сразу сказал, что карты Таро фигни не скажу, – продолжал ломать комедию Мот.

— Не было никакого гадания, – отмахнулся я, – матушка наша с теткой Есении сговорилась нас познакомить, вот и придумала бредовый план.

— Погодь! Есении? – пропел Матвей. – Все, позывной «полторашка» забыл? А маман знает толк в девушках, да? И тебя, морда львиная, тоже знает.

— Ты о чем? – не понял я.

— О том, что если бы она вас просто так познакомила, то ты бы нос свой воротил. А с этой получил крапивной веткой по мордасам и сразу влюбился.

— Я получил крапивой?

— Это детали. Нормальная она девчонка, наша.

— Угу. Вы с ней одинаковые, – согласился я, – оба с мозгом поссорились.

— Говорю же: Сеня – наш человек, – засмеялся брат.

Отобрал у меня чай, неодобрительно помотал головой, заглядывая на дно кружки, и пошел наливать еще, в этот раз и мне, и себе.

Бухнул передо мной парящую кружку и снова сел на свое место.

— Что планируешь делать? – уже серьезно спросил брат, придвигая печенье поближе. – Ни на что не намекаю, но она племянница Добермасика.