Книга Наглый. Дерзкий. Родной, страница 70 – Ульяна Романова

— За что? – взвыл Роберт.

— За то, что сам говорил: муж и жена – одна сатана. А ты выбрал сторону противника, – спокойно объяснила Аврора.

— Я выбрал сторону любви, – патетично возразил Роберт.

— И вранья, – не согласилась с ним супруга.

— Рори, ты хорошо подумала? – сузил глаза Роберт.

— Расскажи нам правду, и мы забудем о досадном инциденте, – пошла на попятную Аврора.

— Да что за жизнь, почему косячат другие, а огребаю я? Колян ребенка сделал, а я виноват был, Скиртач накосячил, а жить в палатке мне. Ладно, тогда я объявляю себя лидером сопротивления вашему женскому произволу. Забастовку без голодовки. Федор, ты со мной?

— Конечно! – вряд ли мой сын что-то понял, но своего нового кумира решил поддерживать до конца.

— Лидер сопротивления нашему… Чему? – обалдела Аврора.

— Может, он переохладился? – предположила я, наблюдая, как Роберт важно обошел нас по дуге, взял за руку Федю и повел в дом.

— Я так понимаю, это и есть пресловутая мужская солидарность? – обратилась ко мне Аврора.

— Кажется, да. Покажем им женскую?

— Нас вынудили, – развела руками подруга, – Да кто такой этот Матвей, что Роберт ТАК его защищает?!

— Выясним, – решительно заявила я. – Я не я буду, если не узнаю правду!

Катя

Мы с Рори вернулись в дом и застали умилительную картину. Сопротивленец Леванович решил пойти на принцип, сгонял в комнату, достал ключи от машины и о чем-то договаривался с бабушкой Липой.

— А он серьезно настроен, – восхитилась я.

— Роберт Леванович, я так понимаю, ваше решение обжалованию не подлежит? – вежливо уточнила Аврора.

— Предпочитаю ночевку на свежем воздухе, – тем же тоном ответил ей супруг.

Открыл багажник, вытащил большую сумку, в которой была утрамбована палатка, и ушел на огород – осваиваться.

— Федор, пойдем, – позвала я сына.

— Не пойду, у нас забастовка, – отрезал сын.

— Федя, забастовка у тренера, – выдавила я. – А ну, марш в кухню пить чай, иначе мы сейчас домой поедем!

— Женщины, – фыркнул Федя, закатил глаза и потопал в дом.

— Это воздушно-капельным передается? – ахнула я. – Нет, ладно сам забастовку устроил, но манипулировать мнением ребенка…

— Согласна. Нужно переманить Федю на светлую сторону, – согласилась со мной Аврора, неодобрительно косясь на мужа.

Мы решительно вошли в дом, где заботливая бабушка Липа уже наливала всем нам чай.

Федор сидел во главе стола и влюбленным взглядом смотрел на ватрушку, которая украшала стол.

— Кушай, маленький, – умилилась бабушка Липа и развернулась к нам. – Девоньки, а чего это мужик ваш в палатке спать собрался?

— Хочет быть ближе к природе, – очаровательно улыбнулась Аврора.

— Мужики, как дети, в любом возрасте, – вздохнула бабушка. – Девоньки, садитесь, попейте чайку.

Мы уселись за стол, наелись вкуснейшей кулебяки и переглянулись, когда Федя снова убежал разделять все тяготы сопротивления с Робертом.

— Я сейчас, – подмигнула я. – Бабушка Липа, а где можно нам в водяные пистолеты поиграть?

— Да прямо во дворе, вон с той стороны, где у меня деревья, листочки заодно польете. Курочек я в курятник загнала, играйте спокойно. Я, девоньки, вообще люблю, когда у меня тут многолюдно, шумно, детки смеются. Мои внуки раньше каждые выходные приезжали, а сейчас взрослые уже, работают. Трое у меня, два внучка и одна внученька. Раньше на все лето ко мне, каждые выходные, шумно было, весело. Я с пирогами ждала, а ругалась всегда для виду только. А сейчас раз в месяц заедут ненадолго, но хоть звонят, мобильный мне купили, чтобы на связи была. Скучаю я по ним. Но, может, еще правнуков понянчить успею, как думаете?