Книга Невозможный. Нахальный. Любимый, страница 42 – Ульяна Романова

— Хорош, – резюмировала она.

Первая реакция была – бежать и прятаться.

— Фы фто? – обалдело спросил я.

— Медсестра. Не будем терять время. Ложитесь на диван и оголяйтесь. Где у вас тут можно руки помыть? Ампулы с лекарствами приготовьте.

Такой подставы от Аристарховны я не ждал и хотел уже было признаться, что ценную часть своего тела я доверю только ей, но решил, что медсестра меня не поймет.

— Я не буфу! Фамо пфойдет! – отказался я, оставляя чашки на обувницу.

— Вы как маленький, – закатила глаза медсестра, уже бодро командующая на моей территории. – Будете. Аврора очень за вас переживает, а значит, я вас вылечу. Еще компресс сделаем!

— А фде Афрора? – полюбопытствовал я.

— В магазин пошла. Ложитесь, не будем терять время, – так гаркнула женщина, что даже наш комбат бы позавидовал.

Эту дамочку бы в армию – дисциплина в ее дивизии была бы на высшем уровне.

— Меня зовут Нина Петровна! – представилась несостоявшийся генерал, вытирая руки полотенцем. – Почему вы еще здесь?

— Я не пойфу!

— Почему?

— Стефняюсь, – признался я.

— Божечки, что я, мужских жоп не видела, милок? Твоя ничем не отличается! Ложись давай, а то с такой рожей, как у тебя, и самому на себя в зеркало смотреть, поди, страшно, да? А ты Авророчку мне пугать вздумал.

— Фпасибо фа компфлимент! – обалдел я от такого напора.

— Пойдем, болезный. Все мужики как дети. Ты-то вон какой вымахал, а как младенчик, уколов боишься. Ты не переживай, я не больно делаю, рука легкая. Пойдем, пойдем, касатик. Я Авророчку с детства знаю, сама ей уколы делала. Она, хулиганка такая, пошла с подружками на речку купаться и воспаление легких подхватила, вот ее матушка меня и попросила ей укольчики поделать. А Рори у нас шприцов тогда боялась ух как. Плакала, когда иголку видела. А после меня бояться перестала. Это она сейчас смелая, даже тебя, бугая, не испугалась, а маленькая каждого жучка боялась.

Я сам не заметил, как меня заболтали, уложили на диван, лишили штанов и сделали укол.

— Ну вот, а ты боялся, – откладывая использованный шприц в сторону, продолжалаотвлекать меня женщина. – полежи немного, подожди, пока препарат разойдется. Не бойся, Авроре не расскажу, какой ты на самом деле смелый. Но если ты мне девочку обидишь…

— Не обифу, – испугался я.

Женщина вызывала оторопь и восхищение одновременно. Я даже не мог вспомнить, когда последний раз в жизни вообще тушевался, а тут, как нашкодивший пацан, краснею и зад прикрываю штанами.

— Ну вот и хорошо! Вот и молодец!

Нина Петровна погладила меня по голове. Я свел глаза к переносице, удивляясь, когда в моей жизни случился столь резкий поворот.

— Ты пока полежи, я тебе компрессик сделаю, чтоб отек скорее сошел. Можешь переворачиваться. Нечего мне перед Авророй голым задом светить, она девочка скромная, воспитанная.

Я покорно перевернулся и ждал, пока экзекуция закончится. Спорить с Ниной Петровной не хотелось от слова «совсем».

— Роберт? – раздался нежный голосок, от которого я буквально подпрыгнул.

Аристарховна стояла на пороге, нерешительно глядя на меня:

— Как вы? А я вам фруктов принесла. Персиков. Нина Ивановна сказала, что вам нужно мягкое.

Я расслабился и, кажется, поплыл. Пришла, мое счастье. Наконец-то.