Книга Как приручить училку, страница 40 – Ульяна Романова

Надо быстрее решать все проблемы и заняться вплотную завоеванием этой крепости, которая неприступная настолько, что я даже не знал, какое оружие выбирать и насколько хромую козу седлать. Наверное, самую болезную, чтобы хоть ее пожалела, а там, может, и до меня очередь дойдет.

Но это не точно!

Фоновые проблемы раздражали. Хотелось чихнуть, встряхнуться и сбросить все, что мешало мне наслаждаться жизнью и в полной мере вкусить все прелести ухаживаний за своей женщиной.

И решить, что я буду делать, когда она узнает о моем невинном обмане.

Оптимистично решил, что возможно, когда она узнает, уже будет влюблена в меня по уши, а не посадит на включенную на полные обороты стиральную машину и не пошлет куда подальше.

К тому же врал я ради ее же блага. И чуть-чуть своего.

Ладно, не чуть-чуть, но намерения были благие.

Наконец мы доехали до офиса. Водитель припарковал машину, а я попросил его съездить и купить мне сменную одежду. Футболку, джинсы, кроссовки и джинсовку. В костюме я выглядел, конечно, сокрушительно, но было дико неудобно. В обычной жизни я предпочитал одежду попроще.

Другой охранник впустил меня в здание, вызвал лифт и отправил во владения Алана.

Начбез нашелся у себя в кабинете. Он говорил по телефону, коротко отдавая кому-то приказы. Заметив меня, жестом пригласил сесть в кресло и быстро свернул разговор.

— Веселишься?

— От души, – честно признался я, но договорить нам не дали.

— Надо же, кто решил на работе появиться. Ты в ночную? – изумился Багратыч, вплывая в кабинет.

— Решил сменить график, – согласился я.

— Ринат, поганец, я тебе что, выходной давал?

— Эмиль Багратыч, дыши! Лучше носом! Трудовое рабство давно отменили, имею я право на короткий отпуск? – хмыкнул я.

— Не имеешь! У нас работы вагон и тележка.

Дядька чихнул, сел за стол и закашлялся.

— Будь здоров, – пожелал я.

— Спасибо, – отмахнулся Багратыч.

— Где простыл? Давеча окно не запер, сквознячком продуло, али на рыцарском турнире в забрало надуло? – не упустил случая я его подколоть.

— Ну не засранец? – уточнил Эмиль Багратыч у Алана.

— Я Лукерье расскажу, что ты балуешься, окна не закрываешь и снова бурчишь как старый дед, – уже не стесняясь заржал я.

Лукерья была законной супругой Багратыча и моей теткой, нелепой волей судьбы оказавшись на три года младше племянника. То бишь меня. И на девятнадцать лет младше мужа, что не мешало им жить душа в душу и ждать скорого пополнения.

Эмиль Багратыч снова закашлялся и выставил в мою сторону указательный палец, который означал приближающуюся лекцию о моем поведении.

— О, палец позора, – разошелся я, – все, молчу, засранец, знаю. Эмиль Багратыч, дай отпуск. Очень надо!

— Зачем тебе отпуск? Ты баб трахать в перерывах между делами успеваешь!

— Зависть – плохое чувство, – назидательно заметил я. – Мне очень надо! Ну дай, жалко тебе, что ли? А я взамен торжественно обещаю месяц над тобой не шутить!

— Что происходит? – Багратыч повернулся к Алану.

— Отпуск бы надо, – поддержал меня начбез, – Ринат веселиться изволит. Приключение у него на грани слабоумия и отваги.

— О, как, – заинтересовался дядька, – что за приключение?

— Долго рассказывать, – отмахнулся я.

— Алан! – Багратыч приподнял бровь, что означало: все, хана котенку. Теперь, пока все не выяснит, – из кабинета никто не выйдет.