Книга Осколки, страница 75 – Виктория Побединская

— Знаешь, что? Ты говнюк!

— Знаю, — тихо отвечает Ник, и я уверена, до утра он больше не скажет ни слова.

От серых бетонных стен веет холодом, окна вокруг затянуты пылью, а столы собраны в кучу в центре комнаты.

— Уверен, что это все? — Я поворачиваюсь на звук голоса.

Тайлер стоит напротив, очень близко, и в тот момент я вижу его впервые в жизни. Вижу повзрослевшего. Глаза — колкие, карие, с темным ободком. Широкие брови сдвинуты, а на щеке свежий сочащийся порез. Его лицо гармоничное, словно нарисованная художником картина и я не могу отвести глаз, словно боясь, что он снова исчезнет.

— Земля-1, где вы? — раздается низкий шипящий голос, словно у меня в ухе находится наушник.

— Земля-1. Уходим, все чисто, — произношу я, поворачиваясь к Таю, но голос не принадлежит мне. Он принадлежит Нику.

И в эту секунду сбоку раздается взрыв, снося дверь и часть бетонного перекрытия. Грохот заглушает звуки вокруг. Тай падает, отброшенный ударной волной на спину. Из образовавшейся на месте двери дыры раздаются выстрелы.

Помещение моментально заполняет черный дым, едкий и густой, так что в миг становится ничего не видно. Я, пошатнувшись, прислоняюсь спиной к стене и бросаю быстрый взгляд на Тая, прижимающего руку к груди.

— Жилет не пробит? — спрашиваю я и тут же, докладываю: — Это Земля-1, нас атаковали.

Внутри соседней комнаты раздается еще один взрыв, дождём из стекла осыпая серый пол.

— Выдержал, но ребро, кажется, сломано, — отвечает Тайлер и, поднявшись, встает с другой стороны.

За стеной слышится звук шагов. В каждой руке у меня по пистолету. Большими пальцами я провожу по их рукояткам, снимаю с предохранителя и бросаю последний беглый взгляд на напарника. Два ствола против штурмовой винтовки, которая всаживает пули очередями…

Мы с Таем смотрим друг на друга. Что-то негласное повисает в воздухе между нами. Он легко кивает.

«Двести девяносто девять секунд», — пищит коммуникатор на моей руке.

Тай, подавляя ответный огонь, делает несколько выстрелов, отвлекая на себя. Не давая противникам опомнится, я выдыхаю и врываюсь внутрь к ближайшему опрокинутому столу. За спиной в разные стороны разлетается сухая штукатурка, а в том месте, где я был секунду назад, в стене появляется дыра. Тай, прикрывая меня, продолжает стрелять. Сколько осталось у него патронов? Неизвестно, а времени гадать нет.

Поднявшись с колен, я бегу между рядов поваленной мебели, когда-то здесь располагалась школа. Эти пули, как чертов град! Запах пороха проникает в само подсознание. Секунды тают, словно издеваясь, но стоит мне распрямиться, как я сразу превращусь в отличную мишень.

Скорость. Ее всегда мало, когда доходит до вопроса жизни или смерти.

«Резче! Ты должен двигаться резче!» — раздается командный голос где-то из глубин памяти.

Мы должны выбраться отсюда. У меня один шанс! Еще пару ярдов… Как вдруг плечо прошивает пуля. По разрываемым сталью нервам болью скользит доказательство моего провала. Все выше и выше — прыгает с лопатки на плечо, с плеча на шею. На секунду все тело словно на части разрезают, но это ощущение тут же исчезает под действием сыворотки.

Я отталкиваюсь, но вместо каменного пола, усыпанного осколками разлетевшихся стекол, приземляюсь на ковер с высоким густым ворсом…