Книга Бернаут, страница 92 – Виктория Побединская

Дорога заняла не более получаса. Бланж остановил мотоцикл. Вокруг не было ничего, только кроваво-красные холмы, и, если бы не общая кредитная история, я бы точно решила, что он привез меня сюда, чтобы убить.

— Идем, – произнес он, помог мне слезть и зашагал через поле. – Только под ноги смотри, тут мелкий кустарник.

— Бланж, – позвала я, глядя ему в спину, но ответа не последовало, и я припустила следом. Он вел меня куда-то, но явно не собирался признаваться куда. – Ты хочешь вынуть у меня почку? – пыхтела я, задыхаясь от жары и потея. Утреннее солнце стояло невысоко, но палило все равно знатно. – Расчленить и продать на подпольном рынке на органы? Тогда знай, что в десять я переболела желтухой. Моя печень непригодна для трансплантации.

Снова ничего.

— Ну Бланж…

Я запнулась о торчащий из земли корень, но, чертыхнувшись, удержала равновесие.

— Можно хотя бы идти помедленнее?

Шлем я сняла, и теперь его приходилось тащить под мышкой. Кустарник, стелющийся по земле, похрустывал под ногами. Пейзаж вокруг оставался все таким же пустынно-красным. Только теперь мы взбирались вверх по узкой тропинке.

— Нет, правда, признайся, что ты собираешься делать? Забыть меня посреди каньона? Скинуть со скалы?

Он наконец обернулся:

— Первая версия, про органы, мне нравилась гораздо больше. По крайней мере, в ней хотя бы общественная польза имелась.

Я хмыкнула, с трудом поспевая за его шагами и обходя целые коммуны огромных кактусов.

— Боже, как же их здесь много.

— Сагуаро. Так они называются, – сообщил Бланж. Теперь мне приходилось глядеть на него снизу вверх, потому что подъем становился круче. – Находятся под охраной ЮНЕСКО. Так что, прошу, постарайся не напороться. У меня нет на сегодня планов попасть ни в больницу, ни в тюрьму.

Еще минут через пятнадцать Бланж наконец остановился. Отодвинулся, чтобы я тоже смогла встать рядом, и, когда мне открылся вид, я ошеломленно замерла. Потому что передо мной, словно слоеный пирог, состоящий из разноцветных пород песчаника, простирался кирпично-рыжий каньон. Переплетающийся причудливыми изгибами, выточенный песком и временем так искусно, что ни один архитектор не справился бы. Он не был огромен и не поражал масштабами, как Гранд-Каньон, Брайс или Чако, но был настолько прекрасен, что аж дух захватывало.

— Это место обнаружили случайно. Индейская девочка из племени навахо, которое раньше жило на этой территории. Со стороны никогда не подумаешь, что здесь что-то есть, верно?

— Верно. – Дотрагиваясь ладонью до стен, я медленно шла вдоль каменных изгибов, все еще не в силах поверить, что в таком месте, как это, может скрываться такая красота. Даже пожалела, что камеру с собой не взяла. Утренний, еще низкий, свет, преломляясь и растворяясь в теплоте камня, превращал его в настоящее произведение искусства.

— Этот на самом деле не самый красивый. Есть более крупные. Как каньон Антилопы, например. Он расположен еще выше, и, чтобы добраться туда, надо нанимать проводника. Но и тут неплохо.

Он уселся на широкий камень, уперев локоть в колено. Шлем отложил в сторону и просто наблюдал за мной.

— Зачем ты меня сюда привез?

Бланж пожал плечами:

— Если честно, я не знаю. Случайно вышло. Разозлился из-за Марса, хотел урок тебе преподать, чтобы идея самой водить больше никогда не пришла тебе в голову. – Он опустил взгляд и принялся ковырять носком ботинка застрявший в почве камень. – Но не смог.