Книга Бернаут, страница 84 – Виктория Побединская

Лил всю вторую половину дня проходила со спиральками на голове, пытаясь закрутить волосы хоть в какое-то подобие кудряшек, но, несмотря на часы ее стараний и тонны вылитого лака, те медленно распадались на жаре, превращаясь в унылые завитки. Лаклан уже пошутил над этим дважды. Лил побила его пустым флакончиком от лака. Столько же раз.

Боже, мне бы ее проблемы. Еще раз напоследок взглянув в зеркало, я попыталась пройтись по своим волосам руками, чтобы хоть как-то уложить это кудрявое, торчащее во все стороны лохматое безумие, но в итоге плюнула на все, собрала волосы в пучок на затылке и завязала шелковым платком. Все равно мне некого соблазнять. Я замужем.

Кажется, Бланж считал ровным счетом так же, потому что все, чем он занимался, пока остальные собирались, – сидел, уткнувшись в экран ноутбука и закинув ноги на кровать. Я понимала: в неформальной обстановке, когда все вокруг будут под алкоголем и в объятиях музыки, нам придется вести себя более раскованно. И чем больше я думала об этом, тем сильнее хотелось остаться.

Бар выглядел стандартно. Как тысячи других по всей Америке. Длинная каменная стойка по центру, справа от нее сцена (сейчас на ней выступали музыканты), напротив столики. Именно к одному из них, с длинным диваном у стены, мы и направлялись.

— Я же говорила, сегодня здесь будет толпа. – Лилиан недовольно поморщилась, усаживаясь на кожаный диван с краю.

Я бросила беглый взгляд в сторону Бланжа. Он не удостоил меня ответным, но я все равно присела с ним рядом.

— О, не говори так, Лили, – широко улыбнулся Дэм. – Давай, твое настроение сейчас быстро улучшится. Водка, мартини, «маргарита», «секс на пляже». – Он толкнул по столу барную карту. – Или по спецзаказу, – он ухмыльнулся, подмигнув, – «горячий Марсель».

— Очень смешно, – закатила глаза Лил.

— И правда, дурацкая шутка, – решила поддержать ее я.

— Я я не шутил. – Дэм кивнул в сторону бара.

Марс действительно был там. Я даже не сразу узнала его без экипировки. На нем был кремовый джемпер, надетый поверх белой рубашки, и узкие джинсы цвета хаки. Он болтал с какой-то девушкой у стойки. И судя по тому, как улыбался ей, явно не без интереса.

— А он что здесь делает? – возмутился Лаклан. Лил вытянулась в струнку, став похожей на бутон тюльпана на тонкой ножке. Она и так была милой, почти по-детски, но, когда смотрела на Марса, ее лицо менялось: в нем появлялась глубина, которую я хотела поймать. Остановить и сфотографировать. Жаль камеры со мной не было.

— Ну, учитывая, что это единственный нормальный бар поблизости, – спокойно ответил Бланж. – Странно было бы удивляться.

Девушка повернулась в нашу сторону, и я поняла, что эта та самая, что привозила ребенка в мотошколу. От неожиданности я уронила телефон, и тот со звоном стукнулся о плитку на полу.

— Простите, – нырнула я под стол, чтобы достать мобильник, и, только поднявшись, заметила, что Реми накрыл угол столешницы ладонью, чтобы я об него не ударилась. Он продолжал говорить о чем-то с Касом, судя по всему обсуждая новую рекламную кампанию, и так же машинально, увидев, что я вернулась на место, убрал руку, словно ничего и не было.

Дэм закурил, удовлетворенно затянувшись: обрадовался, что никто, как обычно, не придушил его укоризненным взглядом, говорящим «когда-нибудь из-за тебя мы все здесь взлетим на воздух».