Книга Бернаут, страница 119 – Виктория Побединская

— А потом? – спросил Бланж.

— А потом я выросла. Мое королевство пало. А может, просто мечты стали другими.

Помню, как, сбежав от матери и Нормана, я снова оказалась на пороге маленького домика с чемоданом в руке и без обратного билета. Меня приняли с распростертыми объятьями, вот только я все время ждала, что еще немного, еще день – и мне скажут, что я загостилась. Но этого не происходило. Каждый вечер перед сном бабушка приходила ко мне, чтобы привести в порядок мои волосы. Ддоставала специальный гребень, чтобы расчесать их на ночь и заплести. И ни разу даже не намекнула мне, что я не такая. Некрасивая. Неправильная.

Прошло, наверное, не меньше полугода, пока я наконец приняла то, что меня любят. Без всяких но. И теперь я хотела именно такую семью. Именно тогда я поклялась себе ее построить.

— Теперь мне не нужна была армия, – улыбнулась я. – Теперь я мечтала, что однажды вернусь из школы, а меня будет ждать принц с охапкой этих цветов.

— Каких именно? – вдруг переспросил Бланж.

— Что?

— Каких именно цветов?

И я произнесла:

— Люпинов. Фиолетовых. Именно они росли возле дома моей бабушки.

Он промолчал.

— Знаю, это выглядит глупо. Но для меня, девчонки, спрятавшейся от мира и придурка-отчима в глупых мечтах, это место навсегда останется моей Терабитией. Вот почему я так не хочу потерять тот дом. Это мое «Святое море». Я никогда оттуда не уеду. Думаю, после окончания учебы я переберусь туда и проживу там всю мою жизнь. И там же состарюсь.

— Отличный план.

— Наверное.

— Может, ты даже когда-нибудь покажешь его мне?

— Может быть, и покажу.

Он подмигнул, поднимаясь на ноги, и, подхватив чистую футболку, ушел в душ. А я вытащила из-под кресла телефон и снова открыла переписку с матерью.

«Джеки, я же люблю тебя» все еще висело неотвеченным.

«Я тоже тебя люблю», – набрала я и добавила тихо: – Но себя я люблю тоже.

«Мне жаль, что так вышло, но, к сожалению, помочь тебе я не смогу».

Потому что любовь не продается и не покупается. Она просто есть. И не требует ничего взамен.

Ответ прилетел незамедлительно.

«Не знала, что ты такая неблагодарная. Я все всегда делала для тебя».

Внутренности скрутило. Рука автоматически потянулась к телефону. Но вместо того, чтобы ответить, я отбросила его в самый дальний угол комнаты. Потому что знала: еще пара таких фраз – и буду готова снова отправить ей что угодно. Это почти как зависимость. Только не от спиртного, а от человека.

Телефон продолжал пищать уведомлениями. И тогда я, не читая, просто его выключила. Стало тихо.

Из ванной вышел Бланж. Вытирая волосы полотенцем и глядя в зеркало, он вдруг улыбнулся.

— Кстати, – словно вспомнив что-то забавное. – Мне сегодня сказали, что в этом штате можно отправиться на год в тюрьму за то, что сломал вымирающий кактус. Жак, мы сломали минимум три.

Он явно попытался он меня развеселить, но у него не вышло.

— Прекрасно, – прошептала я. – Теперь я буду переживать, что если кто-то узнает, то нас еще и за это посадить могут.

Но не успела я закончить последнюю фразу, как почувствовала, что в глазах собираются слезы. Бланж ошарашенно замер.

— Жак, ну ты чего? Из-за кактусов?

Он снова опустился рядом со мной на колени, испуганно протягивая руку, то ли желая утешить, то ли прикоснуться.