Книга Бернаут, страница 112 – Виктория Побединская

— Лили, – устало выдохнул он.

— Просто представь: чемпионат АМА – и девушка, участвующая в одном заезде с парнями.

— Безумие!

— Пожалуйста. Мне нужна просто возможность поговорить с менеджером твоей команды, – взмолилась она, сложив ладони вместе и присев. – Ну и, возможно, твоя поддержка. Второе больше.

— Лил, они решат, что я сумасшедший.

— Они все и так тебя таким считают, так что ты теряешь, Бланж?

Он прикрыл глаза и запрокинул голову к небу.

— Пожалуйста. Пожалуйста. Пожалуйста, – вилась возле него Лил.

— Ну хорошо. Я попробую.

— Да, да, да! – Лилиан принялась скакать вокруг нас. Кинувшись на Бланжа, обняла его, повиснув у него на шее. И на миг его маска будто треснула. Потому что на лице появилась улыбка настолько искренняя, что в нее можно было бы даже влюбиться. Но нет, остановила себя я. Ты дала себе обещание не влюбляться в губы Бланжа, не влюбляться в глаза Бланжа, и в самого Бланжа тоже. Лил расцеловала его в щеки, а он, смеясь, начал стаскивать ее с себя.

— Я сказал, что просто попробую. И ничего не обещаю пока! Ты же понимаешь?

— Этого уже более, чем достаточно, – просияла она и с криком «Лаки, Кас, он согласился!» унеслась прочь.

Мы остались вдвоем. Бланж, все еще слегка раскрасневшийся и оттого жутко милый, потер шею.

— Она правда готова? – осторожно спросила я, чтобы никто не услышал. – Ты же не стал бы подвергать ее опасности, зная, что она может покалечиться?

— Готова, – хмыкнул он. – По правде говоря, она многим в моем классе нос утрет.

Я улыбнулась. Потому что все время считала его самовлюбленным типом, зацикленным лишь на себе. А теперь смотрела на него… И нет. Это был он же. Та же канадская заноза, что носила со мной одну фамилию, коверкала слова и мешала спать по ночам, но сегодня он как будто открылся с другой стороны. Той, которая до мурашек мне нравилась.

Повисло молчание, а мы стояли друг напротив друга, все еще слушая вдалеке радостные возгласы.

— Как считаешь, сколько времени пройдет до того, как он явится бить мне морду? – криво ухмыльнувшись, спросил Бланж.

Я взглянула на скачущую вдалеке Лил.

— Если она продолжит такими темпами, то, думаю, минут пятнадцать.

— Ну что ж, забились. – Бланж протянул ладонь, и мы шутливо пожали друг другу руки.

Марс заявился поздним вечером, когда его уже точно никто не ждал. Я сидела за маленьким столиком у окна, сбрасывая фотографии с карты памяти и невольно зависнув на портрете Бланжа, сделанном перед последним заездом. Уже и забыла о нем, учитывая произошедшее. А теперь принялась разглядывать.

— Мамочки родные, – прикладывая к щекам холодные ладони, прошептала я. Либо мой навык настолько поднатаскался в этой пустыне, либо это чистая магия, потому что отвести взгляд было просто невозможно.

В тот момент, когда я поймала этот кадр, Бланж выходил из вагончика для переодевания, с голым торсом и полуспущенными, расстегнутыми штанами. По бокам от ширинки свисали концы ремня. В руках был шлем. Именно таким я его и успела запечатлеть.

Вспомнив бесконечные просьбы Кэсси отправить ей фотку «моего горячего канадского парня», я не удержалась и перебросила ее в мессенджер, добавив: «Ну как тебе, достаточно горячий?». Провела курсором по хвосту острой брови, заточенной, словно стрела. Попялилась на косые мышцы живота, уходящие под пояс расстегнутых штанов.