Книга Переселенка, или Реалити-шоу "Хутор", страница 122 – Виктория Свободина

Отстранилась. Теперь Данил смотрит на меня круглыми от удивления глазами. Не ожидал супруг подобной инициативы, и не ожидал это мягко сказано.

Не слова ни говоря, организатор аккуратно ссаживает со своих колен допившего молоко олененка и перекладывает его на подстилку.

Всего одно мгновение, и я оказываюсь в объятиях Платова. Этот мужчина умеет целовать так, что быстро теряешь голову, но его объятия слишком властные, в них не остается места моей воле.

Идем домой,  шепчет мне на ухо Данил и я почти готова согласиться на обряд.

Ты даже не представляешь, как я тебя хочу. И знаешь, ты моя и только моя. Ты тот человек, от которого я хочу детей. Моя маленькая ведьмочка. У нас будет большая семья и

Последние слова Платова вылились на меня, словно ушат холодной воды.

Данил, я не хочу детей. Точнее хочу, но когда-нибудь потом. Не в следующем году точно.

Ну, это уже как получится,  огорошил меня куратор, который, кажется, ни в чем себя ограничивать не собирается.

Бочком начинаю от супруга отползать. Обряды проводить резко расхотелось.

Куда это ты дорогая?  Данил хищно прищурился.

Я-а-а Данил, я не собираюсь заводить детей.

А я собираюсь. И тут твое мнение уже роли не играет.

Что?!  возмущенно восклицаю я.  А оно хоть в чем-то играет?

Играет, но не в столь принципиальных вопросах. Мужчина в нашей семье я.

Нога дернулась сама по себе. Пнула организатора, тут же осознала, что сделала и рванула к выходу, так быстро, как никогда в жизни не бегала.

Ты можешь бегать, сколько угодно, это ничего уже не изменит,  понеслось мне вслед. Платов, видимо, решил меня не догонять на потеху хутора.

На учебу после всего случившегося не тянет.

Зашла домой и взяла Честера, решив прогулять учебу всем назло. В душе вспыхнул протест. Платов не будет решать, чем мне заниматься, что делать, от кого и когда рожать детей.

Когда выходила за пределы хутора, охрана посмотрела на меня недобро, и один из мужчин увязался за мной, держась на некотором расстоянии. Пастух, блин.

Ноги сами собой привели меня в деревню, к дому Агафьи. Я все собиралась зайти, но семейная жизнь захватила так, что не отпускает.

Постучала в дверь и сразу приоткрыла.

Бабушка Агафья, вы тут?

Да милая, заходи.

В домике знакомо пахнет душистыми травами. Готова вдыхать и вдыхать этот аромат.

Ох, Линочка, ты что такая грустная? Садись, сейчас чай налью.

Спустя небольшой промежуток времени кручу в руках кружку и интересуюсь:

Бабушка Агафья, а почему вы меня к Платову так спокойно отпустили?

Ну так пара он тебе. Вы когда вместе находитесь, то искры летят. Ты рядом с ним пылаешь.

Так я же не от счастья пылаю. Мы с ним постоянно спорим и ругаемся. Он меня подавляет, что сам решит, то и делает.

Эх, сейчас другие времена, но раньше бы подобное поведение было у всех настоящих мужчин.

Настоящих мужчин? Скорее мужланов.

Когда мужчина по-настоящему и сильно любит, то стремиться скорее завоевать свою любимую, ну и показать остальным, что эта дева уже занята, а какой лучший способ это показать? Свадьба и дети. Натура горячая, торопится. Не суди его пока строго. Прислушайся к своим чувствам. Что ты сама испытываешь к этому мужчине. Если не люб он тебе, то уходи.

Не отпускает.

Бабушка улыбнулась.

Значит, не люб он тебе?

Вот тут я все же задумалась. Насчет искр это Агафья верно заметила. Вообще это лето еще не закончившись, уже стало чуть ли не самым ярким и насыщенным летом за всю мою жизнь. И притом, самый накал страстей, если вспомнить, случается именно тогда, когда Платов рядом. Чего только стоил тот день, когда Данил отправил меня в аэропорт. Сильных эмоций действительно много, причем как отрицательных, так и положительных. Ощущения, которые я получаю, когда Платов меня целует, так и вовсе ни с чем не сравнимы, это словно наркотик. Я чувствую, чем больше пройдет времени, тем труднее мне будет уйти.