Онлайн книга «Духовная»
|
Полина была так растрогана появлением старинного приятеля, что начала рассказывать ему буквально обо всем. И как сбежала в монастырь, и как вышла замуж за Николая, и про Александру Михайловну, и про генерала со Штольцем. Одного танца им решительно не хватило, а вечер уже близился к концу. — Мне совершенно необходимо переговорить с вами наедине. — Это неприлично. Лучше приходите с визитом завтра, я буду вас очень ждать. — Это касается вашей матери. Через четверть часа в кабинете. Следующие пятнадцать минут были по праву самыми волнительными в жизни Полины. Она разрывалась между предупреждением Николая о недопустимости легкомысленного поведения и желанием узнать у штабс-капитана хоть что-то про маму. Полина очень мучилась чувством вины, что так ни разу не поговорила с ней после ухода в монастырь, и, пожалуй, на всем свете не существовало другой причины, которая могла заставить её безропотно последовать за штабс-капитаном в кабинет. Незаметно выскользнув из зала в гостиную, она бесшумно прошла по ковру и отворила дверь. Саша стоял у стола, но, заметив Полину, тут же подошел к ней и взял ее за руки: — Дорогая Поли, как же я рад нашей встрече! Боже мой, как же вы похорошели! Полина не успела отстраниться или хоть что-то ответить, как дверь кабинета за ее спиной щелкнула, и в кабинет вошел Николай. Саша на мгновение замер, и этого было достаточно, чтобы Николай в одно движение вытащил из трости умело спрятанный в ней клинок и навел его на лицо штабс-капитана. — Николай Павлович, прошу прощения, это моя вина. Умоляю вас, опустите оружие. Здесь нет ничего недостойного. Саша мой друг детства! Лицо Николая было абсолютно белым, это была даже не злость, а нескрываемая ярость: — Как вы только посмели! Полина оцепенела от ужаса. — Николай Павлович, прошу вас сохранять спокойствие и послушать жену. Уверяю, нет никаких причин для ревности. — Какая к черту ревность! Как вы посмели заявиться в дом убитого вами человека! — Дуэльный кодекс был соблюден во всех формальностях… — Ну раз вы такой знаток данного документа, грех не прибегнуть к нему еще раз. Завтра, на рассвете. Там же, где вы стрелялись с моим братом. — Но позвольте, как же так?! Вы не можете вызвать меня на дуэль только потому, что я стрелялся с вашим братом! — Оставшись наедине с моей женой, вы обеспечили меня отличнейшим поводом. А сейчас убирайтесь. Саша лишь чуть заметно кивнул, затем развернулся к Полине: — Честь имею. Надеюсь, это происшествие не лишит меня вашего доброго мнения. Это все досадное недоразумение. Затем открыл дверь и вышел из кабинета. Спустя мгновение послышался звук открывшейся входной двери. Полина хотела было объясниться с Николаем, но тот, не произнося ни слова, вышел из кабинета, оставив ее в одну. * * * Полина не помнила, как добралась до своей комнаты. В висках стучало. Она ходила по спальне, как тигр в клетке, пытаясь осмыслить все произошедшее в кабинете. Поэтому, когда спустя два или три часа к ней постучали, она в ту же секунду открыла дверь. На пороге стоял Штольц: — Боюсь, вам совершенно необходимо пройти за мной. Генералу плохо. Генерал полусидел-полулежал в своей кровати и отчаянно старался сделать вдох. Лицо его приобрело нездоровый оттенок. Расстегнув воротничок мундира, Полина, не задавая вопросов, начала ощупывать шею генерала, затем ухом припала к его к груди и снова вернулась к осмотру шеи, потребовала открыть рот. |