Книга Духовная, страница 16 – Наталья Кашина

Девушка благодарно кивнула.

— Не хотите ли выйти из зала? Туда, где больше воздуха. После благословения нашего союза самой императрицей, думаю, даже строгие моралисты не будут против такого развития событий.

Полина не сразу поняла при чем тут моралисты, а догадавшись, густо покраснела, но все же последовала за Николаем. Вдвоем они поднялись по лестнице в одну из гостиных, после чего Николай запер дверь изнутри, проверил окна и задернул портьеры. И только после этого повернулся к Полине:

— Дражайшая Полина Ивановна, не сочтите за грубость, но я вынужден требовать, чтобы впредь вы никогда и ни от кого не принимали подобных предложений.

— Помилуйте, о чем вы говорите?

— Если отбросить разного рода сантименты, вы знакомы со мной менее месяца, а непосредственно в моем обществе не провели и десяти часов. И при этом последовали за мной, даже не потребовав объяснений.

— Вы хотите назвать меня легкомысленной или даже более того?

— Скорее на редкость доверчивой. Я вынужден настаивать, чтобы вы проявляли большую осторожность, особенно в отношении малознакомых людей. С сегодняшнего дня круг ваших знакомцев многократно увеличится, поэтому мне показалось крайне важным провести этот разговор. А сейчас вынужден просить у вас прощения, но мне жизненно необходимо проспать хотя бы час, иначе я не смогу присматривать за вами как следует, а это, как выяснилось, совершенно необходимо.

— Спать? Вы, верно, шутите?!

Но в подтверждение своих слов Николай снял фрак, повесил его на спинку стула, расстегнул жилет и улегся на диван. Длины дивана ему совершенно не хватало, но Николая это нисколько не смутило. В следующее мгновение он закрыл глаза и моментально уснул.

Полина осталась стоять в полной растерянности, ей казалось, что она участвует в каком-то фарсе. Ее будущий муж, после без малого месяца отсутствия заперся с ней в гостиной посреди бала, чтобы поспать! Но отойдя от удивления, Полина заметила то, что стоило заметить ранее. Николай выглядел совершенно уставшим. Пока он улыбался и танцевал, это мало бросалось в глаза, хотя сам факт того, что он не смог узнать ее при встрече должен был натолкнуть ее на мысль о том, что с ним что-то не так. Под глазами Николая залегли темные круги, и, казалось, даже щеки немного впали. Последние дни очевидно тяжело ему дались, и, размышляя над этим, Полина призналась себе в том, что она совершенно ничего о нем не знает. Александра Михайловна в основном говорила о детстве и юности Николая, о том, какой он смышленый и очаровательный, и как много девушек будут завидовать ее браку. Штольц же, рассказывая о занятиях генерала и его сына, лишь упоминал, что, в отличие от покойного старшего брата, Николай не выбрал для себя военное поприще, он занимался налаживанием международной торговли, и был зачислен в торговую гильдию, что приходилось очень не по душе его отцу-столбовому дворянину. Однако на купца Николай решительно не был похож, хотя ей-то от куда знать, как выглядят купцы, в конце концов будущий супруг прав, они провели в обществе друг друга совсем немного времени.

Запертая в комнате, Полина начала рассматривать гостиную, но, к ее великому разочарованию, ничего интересного в ней не было, и через десять минут ей стало скучно. Тут она обратила внимание, что из кармана фрака у Николая торчит какая-то тоненькая книжечка. К ее удивлению это оказалась небольшая брошюра на французском языке авторства некого Пьера Эмиля Мартена, посвященная, на сколько поняла Полина, какому-то новому способу выплавки стали. Но учитывая, что других способов себя занять Полина не нашла, она стала пытаться искать знакомые слова.