Онлайн книга «Хозяйка розового замка»
|
Но вот рука Александра вернулась к моим коленям — забравшись между ними, он прошелся до самой возвышенности ягодиц. — Какая же у тебя кожа — прямо как шелк… Его руки ринулись вверх, нашли и слегка сжали мои напрягшиеся груди. — А вот это уже не массаж, — пробормотала я, испытывая легкий трепет, пробегавший под кожей. Смеясь, он перевернул меня на спину, наклонившись, легко разместился между моими ногами. — Ты расслабилась? — Нет. Ты не умеешь делать массаж. Да и зачем сейчас расслабляться… Я сама погладила его плечи, ощущая, как под моими ладонями напрягаются крепкие мускулы. Я наслаждалась и этим ощущением, и тем, что видела, как отличается моя золотистая кожа от его — смуглой, прокаленной солнцем, казавшейся теперь почти черной… Он наклонился ближе, его язык медленно, влажно и горячо обошел по кругу розовый сосок моей правой груди, и снова, и снова, теперь уже быстрее… Другая рука, обвив мою голову, легла на мою левую грудь, крепко сжала, словно пытаясь вобрать в ладонь, — и все это так нежно и возбуждающе, что я ощущала, как кровь приливает к груди и делает ее полнее. Я невольно сделала нетерпеливое движение бедрами, и его палец сразу оказался там, внизу, скользнул вверх по узкой податливой горячей дорожке. Потом он сильными неистовыми толчками погружался в благодарную и давно уже тосковавшую по нему горячую глубину моего лона, толкал так сильно, что я сначала вскрикнула, потом застонала, а потом закричала — и от сильного напора вхождения, и от первых конвульсий удовольствия, которые нынче были так сильны, что я буквально билась под ним, и он едва меня удерживал. Разгоряченные, взмокшие, уставшие, мы словно провалились в глубокий сон. Он прижал меня к себе жестом собственника, и я уснула, ощущая его теплую руку у себя на талии. Нас даже как-то не заботило, что мы уснули прямо на пляже, полуобнаженные, прикрытые лишь полотенцем, обнявшиеся любовники. Впрочем, Корфу — это же был немного дикий остров, и мы могли, пребывая здесь, слегка забыть о том, о чем никогда бы не забыли в иных краях. Проснулись мы, похоже, так же, как и уснули, — почти одновременно. Открыв глаза, я сразу ощутила, что он тоже не спит. Ночь подходила к концу. Мы оба молча наблюдали, прижимаясь друг к другу, как исчезают с моря слабые серебряные блики и тают сумерки. После бледной, прозрачной зари в небо, будто гигантский кокон, поднималось закутанное в дымку солнце и обрызгивало остров тонкой золотой пылью. Небо начинало сиять ясной, нежной голубизной, а на холмах мы видели темные стрелы кипарисов, качающихся под легким ветерком. Александр нежно поцеловал меня. — Есть у вас какие-нибудь желания, cara? — А высказывать можно любые? — спросила я лукаво. — Любые. Даже можете пожелать звезду с неба — я подарю ее вам… Уткнувшись подбородком в скрещенные локти, я призадумалась. Желание! Это был трудный вопрос. Какое можно иметь желание, когда все, похоже, исполнилось? Но вдруг я вспомнила кое-что, и меня осенило. — Клубника, — проговорила я с восхищением. — Я бы все сейчас отдала за горсть свежей клубники! Наверное, ее нетрудно достать — мы скажем монахам, и они, может быть… — Ну что ж, подождите меня в таком случае. Крайне удивив меня, Александр вдруг вскочил, набросил на себя рубашку и, как был, с полотенцем, обвязанным вокруг бедер, зашагал прочь. |