Онлайн книга «Лилии над озером»
|
— Мадам, а знаете ли вы, что Александр хочет увезти вас в дом, который на протяжении трех лет служил любовным гнездышком для него и графини Дэйл? — Что? Я порывисто обернулась. Глаза у меня расширились. — Что вы сказали? — Я сказал, что он снимал Блюберри-Хаус все эти три года, пока скрывался в Англии, и был там с леди Мелиндой. Это был их дом! - Деверь просто-таки торжествующе глядел на меня. - Она выбирала там обстановку, заказывала ткани для мебели, вызывала закройщиков, чтобы сшить портьеры… Там все хранит отпечаток ее рук. В какой-то момент, год назад, она была уверена, что они с Александром поженятся, и готовила дом для будущей супружеской жизни! У меня сердце пропустило один удар, внутри все сжалось. Расширившимися от ужаса глазами я смотрела на Поля Алэна, не в силах осмыслить то, что услышала. Любовное гнездышко? Там три года хозяйничала Мелинда?… Среди мешанины мыслей, взорвавшей мой мозг в тот момент, мелькнуло воспоминание о странном смущении Александра, когда он впервые поведал мне о Блюберри-Хаусе. Да, действительно… какое-то слегка виноватое было у него тогда лицо, я отметила это, хотя и не стала в тот счастливый день доискиваться причин! И вот оно пришло, объяснение… Снова отвернувшись, чтобы деверь не видел жгучих слез, которые обожгли мне глаза, я сдавленным голосом спросила: — Зачем… зачем вы все это мне говорите? — Отвечу честно: я желал бы, чтобы вы не ехали в Англию. Я искренне желал бы, чтоб Александр нашел счастье с леди Мелиндой - после того, как вы обесчестили его, вам никогда не вернуть нашего уважения! «Обесчестила»… Горькая усмешка искривила мои губы. Как громко он выражается, как жестоко судит! Я изменила Александру один раз с Талейраном, когда была одинока и беззащитна, когда муж оставил меня одну на целый год. А Александр, оказывается, годами крутил роман с этой женщиной. Это не была случайная связь, разовая измена. Они жили почти семьей - все время, пока он был в Англии, пока я официально оставалась его женой. Да что там - имя этой английской девки звучало рядом с ним едва ли не чаще, чем мое, она стала просто-таки незримой спутницей нашего брака, постоянной тенью!… — Как он любит англичанок, черт возьми, - пробормотала я сквозь душившие меня слезы. - Эмма Гамильтон! Мелинда Дэйл! И еще, может быть, кто-то!… Поль Алэн не расслышал моих слов. Я достала платок, прижала к глазам, пытаясь овладеть собой. Мой деверь сказал, что не хочет, чтобы я ехала в Англию. И еще, похоже, он не хочет, чтобы я родила ребенка здоровым, чтобы выносила его, как положено… Ясное дело, он не желает добра ни мне, ни Реми Кристофу, иначе он никогда не начал бы подобный разговор, пока я беременна. Кроме того, по сути, он не сообщил мне ничего нового. «Да-да, - ухватилась я за эту мысль. - Он только разжег наши с Александром прежние разногласия. Но мы-то их уладили! А этот негодяй… да он же не предоставил никаких доказательств тому, что говорит!» Эти соображения помогли мне справиться с отчаянием. Подавив комок в горле, я вскинула голову, взглянула на Поля Алэна почти сухими глазами. — Думаю, не стоит говорить с вами о том, что разговор, который вы затеяли, - низость. По сути, вы предаете брата, когда ведете ведете за его спиной такие разговоры… |