Книга Писец подкрался. Или... Отбор по приказу, страница 14 – Марина Андреева

«Почему не поможет?» — всё же отписалась я, но прошёл час, второй, минул пятый, а ответа так и не последовало.

Остаток дня всё в буквальном смысле валилось из рук. Накатила апатия. Всё поблекло, потеряло смысл. Я пыталась взяться за документы к проекту, систематизировать информацию в соответствии с тем, как буду говорить речь, но вопреки обыкновению вместо ожидаемого увлечения работой, желала лишь одного — прилечь и заснуть.

Так и пролетел последний выходной. Ничего толкового не сделала, Лизка больше не заходила, а к подаренной ею книге я старалась вообще не приближаться, понимая, что в очередной раз зачитаюсь. В итоге, так и легла спать в полном раздрае.

А на утро начались трудовые будни. На работе все куда-то спешили, суетились, а я пребывала всё в том же странно-апатичном состоянии. Надеялась, встречу начальника, выясню что означали его слова, но, увы, тот уехал на какую-то деловую встречу и появиться должен был лишь к пятнице, как раз на этот день и намечена репетиция презентаций от сотрудников нашей компании. Ещё и всякие текущие вопросы навалились — конец года, подведение итогов по уже закрытым или находящимся в работе проектам. Бумажная волокита, бесконечные проверки данных в программах, файликах эксель, подшивка документов для архива, сверки с бухгалтерией, поставщиками и заказчиками.

На работе приходилось засиживаться допоздна, домой возвращалась в состоянии побитой собаки и сил хватало лишь на то чтобы принять душ и упасть в кровать. И да, до сих пор гадала, что имел ввиду начальник, написав, что мне «это» уже не поможет. Стоит заметить, ответить он мне так и не удосужился. Одно поняла точно — увольнять меня вроде бы не собираются. Лизка как не давала о себе знать, что странно, обычно, она хотя бы раз в день, но звонила справиться о моих делах, а тут тишина. О её подарке я помнила, но сил и времени на него не оставалось от слова «совсем».

И вот уже вечер четверга, опять пришлось задержаться на работе, отчёт не сходился, и я нервничала, ведь надо успеть отрепетировать заготовленную речь. Наконец-то закончив, помчалась домой, и на пороге собственной квартиры обнаружила сияющую Лизку в домашнем халате и тапочках.

— Привет! Где тебя столько времени носит? Я жду, жду. У меня такие новости! — выпалила она, и я едва не взвыла осознав, что сегодня, судя по всему, спать совсем не лягу.

— Не шуми, соседи, наверное, спят уже, — буркнула я.

Лизка притихла, хоть я и понимала, что это ненадолго. Вот же принесла нелёгкая, а? Отчего бы ей вчера было не прийти, или завтра вечером? Почему обязательно сегодня, когда на часах уже почти одиннадцать, а ещё надо речь перечитать, и отрепетировать, и хоть немного поспать…

— Ты представляешь! Подтвердилось! — воскликнула та, ворвавшись в наконец-то открытую квартиру.

— Что подтвердилась, — искренне недоумевая по какому поводу такие бурные радости, поинтересовалась я.

— Э-э-э… А-а-а-а! Я же не успела тебе сказать за всеми этими гаданиями!

— Что сказать?

— Я беременна!

— Оу… — только и смогла выдавить я. — Поздравляю.

Прозвучало это как-то суховато, хотя я искренне радовалась за продругу. Малыша они с Женькой хотели давно, пять лет усиленно работали над этим вопросом, бегали по врачам, обследовались, проходили какие-то курсы процедур, и вот, наконец-то, чудо свершилось. Подруга примчалась поделиться своим счастьем, а тут я со своими проблемами на работе.