Книга Нечисть на полставки, страница 84 – Марина Андреева

«Лена, не надо. Пожалуйста. Я сама разберусь».

«Ты всегда так говоришь. И всегда не разбираешься».

«В этот раз разберусь».

«Во что ты вляпалась?»

«В любовь, Лена. В самую дурацкую любовь на свете».

«Это не дурацкая. Это настоящая. Держись. Я рядом».

Я убрала телефон, не отвечая. Кощей всё сидел у двери.

14:00. Набережная.

Я вышла из дома. Ноги сами понесли меня к реке, мимо Марфиной двери, мимо магазинов, мимо людей, которые жили своей обычной жизнью. Солнце было высоко, жара стояла такая, что асфальт плавился, воздух дрожал над мостовой. Пахло бензином, жареными семечками, пылью и ещё чем-то сладким — вафлями из ларька.

На набережной было людно. Дети бегали по дорожкам, влюблённые сидели на скамейках, старики кормили голубей. Я села на свободную скамейку у парапета, уставилась на воду. Река текла медленно, мутно-зелёная, отражающая облака и солнце. Ветер трепал волосы, доносил запах воды и водорослей, лёгкой прохлады. Где-то играла музыка — уличный музыкант на саксофоне выводил грустную мелодию, от которой щемило в груди.

Я смотрела на воду и думала. Думала о том, что Веда — такая же жертва, как и я. Её предали, обманули, превратили в чудовище. И теперь она хочет, чтобы я страдала так же. Но я не хочу. Я не хочу умирать. Не хочу, чтобы умирал он. Не хочу становиться пустой.

Я достала телефон, посмотрела на фотографию — мы с Яром в караоке, он обнимает меня за талию, я смеюсь. Лена сделала этот снимок, подловила момент, когда мы не позировали, а просто были счастливы. На нём мы выглядели как нормальная пара. Как люди, у которых есть будущее. Я провела пальцем по экрану, по его лицу.

«Я не буду убивать, — сказала себе. — И не стану пустой. Найду третий путь. Обману Купалу. Спасу его. Спасу себя».

Встала. Вдохнула полной грудью — воздух пах рекой и свободой. Написала Лене: «Сегодня ночью на Лысой горе. Будьте с Катей. И Марфу захватите».

«Мы будем. А Яр?»

«Тоже будет. Я его верну».

«Ты его не теряла».

«Знаю».

Я убрала телефон. Взяла такси до дома. По пути смотрела в окно на мелькающие улицы, на людей, которые не знали, что сегодня ночью где-то за городом решится моя судьба.

14:30. Дома.

Оделась — джинсы, чёрный свитер с высоким воротом, чтобы не видеть засосы, куртка. Кроссовки. Поглядела в зеркало — глаза красные, но взгляд твёрдый. Внутри не было страха. Была решимость. Холодная, как сталь. Я взяла пузырёк Марфиной настойки, отпила глоток — горько, тепло, смело. Потом ещё глоток.

— Идём, Кощей, — сказала коту. — Будем спасать демона.

Кот мяукнул и побежал к двери.

Я взяла ключи, спички — на всякий случай — и вышла.

На лестничной клетке пахло травами — Марфа уже наготовила. Я постучала к ней, но никто не открыл. Значит, уже ушла на Лысую гору.

На улице меня ждало такси. Жёлтое, как в первую ночь. Я села на заднее сиденье, назвала адрес. Лысая гора.

— Вы уверены? — спросил водитель, молодой парень с серьгой в ухе. — Там же лес. Темно будет.

— Уверена, — ответила. — Я там встречаюсь с богом.

Он посмотрел на меня как на сумасшедшую, но промолчал.

Такси тронулось. Я смотрела в окно, на удаляющийся город, и думала: «Я люблю его. И этого достаточно. Остальное — приложится».

Ожог на запястье светился золотом — ровно, спокойно, как маяк в ночи.