Книга Нечисть на полставки, страница 49 – Марина Андреева

— Но... у тебя не может быть парня. Ты одна.

— Был у тебя один источник информации, — киваю в сторону потолка, где живёт Марфа. — Марфа Васильевна плохо видит. И вообще она любит посплетничать.

Антон смотрит на меня, потом на пустое место, где только что стоял Яр. Пятится, натыкается на стул, разворачивается и почти бегом направляется к выходу. Коробка конфет падает на пол, шоколадные трюфели рассыпаются по ковролину.

Цветы остаются на полу. Розы, красные, как вчерашний ожог. Смотрю на них и чувствую... ничего. Ни злости, ни жалости, ни сожаления. Только усталость.

Оля смотрит с открытым ртом. Её телефон всё ещё в руке — она явно записала что-то на видео.

— Алиса, это кто был?

— Бывший муж, — отвечаю. — Уже бывший. Очень бывший.

— А тот, с красными глазами? Который появился и исчез?

— Вам показалось, Оля. У вас галлюцинации от переутомления.

— Мне не показалось! Я видела! И другие видели!

— Кто? — оглядываюсь. Коллеги отводят взгляды. Отдел продаж снова жуёт бутерброд.

— Я... я напишу заявление!

— На кого? На привидение? — улыбаюсь. — Оля, выпейте валерьянки. И поспите. Завтра пятница, а там и выходные.

Возвращаюсь за стол. Яр снова невидим, сидит на стуле, смотрит на меня.

— Ты сказала «мой парень», — замечает он.

— Сказала.

— Это правда?

— Не знаю. Но это звучало лучше, чем «мой демон, который вылез из печной вытяжки».

— Намного лучше, — он улыбается. — И про психиатра — это было жестоко.

— Он заслужил.

— Заслужил. Но ты могла бы предложить ему свои услуги. Ты отлично продвигаешь бренды. Могла бы продвинуть и его в ад.

— Яр, ты ужасен.

— Я демон. Это моя работа.

В час дня убегаю в кафе рядом с офисом, чтобы не видеть Олю и её подозрительные взгляды. Яр идёт рядом, видимый только для меня. Заказываю салат «Цезарь» и двойной эспрессо. Он — чай с бергамотом и два пирожных: заварное и корзиночку с кремом.

— Ты ешь два пирожных? — удивляюсь.

— А что? Демоны тоже любят сладкое. Особенно с кремом. Это напоминает мне... кое-что.

— Что именно?

— Мёд. В Нави нет сладостей. Только горечь и соль. Я пятьсот лет не ел ничего сладкого.

— А сейчас ешь.

— Сейчас я с тобой. А с тобой даже горечь кажется сладкой.

— Это ты сейчас ухаживаешь?

— Учусь, — он откусывает пирожное. Крем остаётся на губе. С трудом сдерживаюсь, чтобы не стереть пальцем.

— У тебя крем, — говорю.

— Сотри.

— Сам сотри.

— Не дотянусь.

— Языком.

Он вытирает языком — медленно, с вызовом. Смотрю на его губы дольше, чем нужно. Отвожу взгляд, смотрю в окно.

В кафе заходит новый посетитель. Молодой парень, лет двадцать пять, улыбчивый, в джинсах и сером худи с капюшоном. Осматривается, видит свободный столик рядом с нами — и подсаживается.

— Извините, — говорит мне. — Других мест нет. Вы не против?

— Нет, — отвечаю вежливо.

— Меня Кирилл зовут, — протягивает руку. — А вас?

— Алиса.

— Красивое имя. Как у принцессы из сказки.

— Сказки обычно заканчиваются плохо.

— Не те, которые я читаю, — он улыбается шире.

— Вы здесь работаете? — спрашиваю, чтобы сменить тему.

— Ага. Программист, сижу в «Стартапе» через дорогу. Скука смертная. Код, баги, дедлайны. А у вас, наверное, весело? PR, презентации, клиенты?

— Бывает, — улыбаюсь вежливо. — И скучно тоже бывает.

— Не верю. Вы слишком красивая, чтобы скучать.