Книга Измена. 40 лет – ума нет, страница 45 – Анна Гром

— Теперь ложись и отдыхай, спи, – сказал он, его голос стал мягче, почти убаюкивающим. – Я по рабочим делам и в магазин. Малыш тебя будет охранять.

— Ты тут спишь?

— Я, – ответил Сергей, тепло улыбнувшись мне. Надо же, привел в самое сердце своего дома, хотя тут наверняка есть комнаты для гостей или хотя бы бывшая комната сына.

Сергей открыл шкаф, достал футболку. Я приложила к своим плечам, она оказалась мне до середины бедра. В роли ночнушки или домашнего платья вполне сойдёт.

Сергей шагнул ко мне, дотронулся губами до моего лба. Я замерла, но не отшатнулась.

— Приблизительно тридцать семь и пять. Ложись. Пей больше воды, сейчас принесу кувшин из кухни.

Он вышел, а я так и осталась стоять, как истукан, ошарашенная заботой и близостью этого мужчины. Я приложила футболку к носу, вдохнула свежий запах стирального средства и какой-то отдушки, которую, вероятно, уборщицы раскладывали в шкафах. Этот запах будоражил воспалённое болезнью воображение и даже возбуждал, хотя в моём состоянии излишнее возбуждение, пожалуй, уложит меня в больницу, а не в постель к мужчине.

Я подумала, а как оно, интересно, будет. С Сергеем. Во всём ли он такой идеальный? Может, там корнишон?

Хулиганские, весёлые мысли отвлекли меня от неумолимого падения в омут влюблённости. Я дождалась от Сергея воды, выпила под строгим контролем два стакана, потому что «при температуре надо много пить» и пошла в постель.

Кане-корсо, который до этого момента тихо сидел в углу, подошел к кровати и улёгся у подножия, положив свою огромную, грустную морду на лапы. У него были забавные бугорки над глазами, как будто брови, они туда-сюда двигались вслед за его любопытным и напряжённым взглядом. Он будто действительно наблюдал за мной и охранял. Я отчётливо слышала его дыхание, оно успокаивало мои тревогу и напряжение от нахождения в чужом доме. Я закрыла глаза, чувствуя, как жар постепенно переходит в озноб и обратно, и провалилась в неспокойный сон.

Впервые за долгое время я почувствовала себя не одной на всём земном шаре. Впервые за долгое время кто-то взял на себя часть моей ноши, и это было… странно. И немного страшно. Но больше всего – невероятно приятно. Я провалилась в сон, чувствуя, как Малыш тихонько сопит у моих ног, а в воздухе витает едва уловимый запах Сергея.

«Галь, я у тебя в посёлке».

Просыпаясь, набираю сообщение подруге.

В доме тихо, Сергея, вроде бы, нет. Собака всё ещё сидела у моей постели. Увидев, что я проснулась, Малыш поднял голову с лап, вытянул шею и даже издал какой-то булькающе-рычащий звук. Может, спросил чего.

— Если ты хочешь узнать, как моё самочувствие, отвечу – пока так себе.

Надо же, разговариваю с собакой. Видимо, противная болячка совсем проплавила мне мозги. Малыш в ответ снова что-то проворчал, горько вздохнул и снова уложил голову на лапы. Не зря говорят, что собаки и хозяева похожи друг на друга. Вот Малыш тоже вёл себя, как Сергей. Мне даже показалось, что пёс глаза закатил и мысленно пожурил за нарушение постельного режима.

Телефон пиликнул у меня в руке, пока я в кои-то веки решила порыться в соцсетях. Дата последней выкладки фотографии у меня значится аж две тысячи пятнадцатым годом. Ну-ка, а Меньщикова? Ах, позавчера выложил фото со своей тусовки! В обнимку с Ютой. Подпись «Отметил 40 лет с моей 25-ти летней красавицей». И смайлик в виде сжатой в кулак руки. Мол, какой я крутой мачо. Тьфу.