Книга Гектор, страница 86 – Ольга Дашкова

— Я тоже, — ответил Гектор. — Впервые за много лет хочу не просто выживать.

Я поцеловала его. Сначала медленно, осторожно. Потом глубже. Страсть пришла не сразу — она нарастала постепенно, как волна. Гектор перевернул меня на спину, навис сверху. Его поцелуи стали жаднее, руки — увереннее.

— Я люблю тебя, — сказал он мне в губы, а я задрожала.

— Я тоже тебя люблю.

Мы любили друг друга в эту ночь особенно. Не отчаянно, как после заданий, и неосторожно, как в первые разы. Мы любили так, будто наконец разрешили себе это. Полностью. Без остатка.

Гектор входил в меня медленно, глубоко, глядя в глаза. Я обхватила его ногами, прижимая ближе. Каждый толчок отдавался где-то внутри, где раньше жили только усталость и страх. Теперь там было тепло.

— Не останавливайся… — шептала я. — Не останавливайся, пожалуйста.

Он не останавливался. Двигался в том ритме, который мы уже научились чувствовать друг друга вместе. Когда я кончила, то простонала, вцепившись ему в плечи, и прошептала его настоящее имя, и то, которым звала его в мыслях.

Это было так невероятно, жить вот так и никого не бояться, быть с любимым мужчиной и заниматься сексом.

— Переезд, — сказал Гектор вдруг тихо через несколько минут. — Можно остаться, но дом нужен больше. Или в другое место. Где Лотте будет хорошо. Где нам всем быдет хорошо.

Я улыбнулась в темноте.

— Можно. Главное — мы вместе.

Мы говорили о будущем, лежа в постели, на нас никто не охотился, и не осталось врагов. Это было странно и очень правильно.

— Брак? — спросил он вдруг.

Я подняла голову.

— Ты серьезно?

— Серьезно. Не сейчас. Когда будешь готова. Когда Лотта привыкнет.

Я долго смотрела на него. Потом поцеловала.

— Да. Я хочу.

Мы снова поцеловались. Страсть вернулась, но теперь в ней было больше тепла, чем огня. Мы любили друг друга еще раз, спокойно, глубоко, будто подтверждая сказанное словами.

Когда все закончилось, я лежала у него на груди и думала, что семь лет ада стоили того, чтобы в итоге оказаться здесь.

— Спокойной ночи, Герман, — прошептала я.

— Спокойной ночи, Нора.

Уснула с его рукой на своей талии. С пониманием того, что у нас есть будущее, как у нормальных людей. Что у нас все получится, что мы заслужили это и никому у нас этого не отнять.

*Гектор*

Утро было серым и тихим — типичный норвежский ноябрь.

Лотта подошла ко мне после завтрака, когда Нора еще мыла посуду. Встала рядом, посмотрела снизу вверх своим серьезным, оценивающим взглядом.

— Пойдем гулять. Только ты и я.

Я кивнул без вопросов. Я уже понял: когда Лотта так говорит, это не просьба. Это проверка. Нора обернулась от раковины. В ее глазах мелькнуло беспокойство, но она ничего не сказала. Только слегка улыбнулась мне краем губ — мол, удачи.

Мы вышли вдвоем. Лотта надела свою красную куртку и шапку, которая постоянно сползала на глаза. Я шел рядом, руки в карманах. Воздух был холодный, сырой, пах хвоей и мокрой землей.

Сначала она молчала. Просто шла по тропинке между голыми деревьями. Потом остановилась у старого деревянного мостика через маленький ручей.

— Ты любишь мою маму? — спросила прямо, без подготовки.

Я посмотрел на нее. Восемь лет, а вопросы как у взрослого.

— Да. Очень.

— Почему?

Я подумал, прежде чем ответить. С ней нельзя было врать или говорить красиво.