Книга Стать хищной птицей, страница 30 – Кира Брайан

Филин и Скворец забрали с полки книгу и вышли в гостиную к остальным. Дрозд с Соловушкой сидели в тишине, не переглядываясь друг с другом. Дрозд все еще переосмысливал ее слова, которые она сказал ему на кухне о смене приоритетов, а Соловушка не хотела лишний раз давить. Заметив Филина со Скворцом, Дрозд передернул плечами и выпрямил спину, словно в нее уперся пистолет.

— Какую книгу выбрали?

— «Алиса в Стране чудес». – Скворец приземлился рядом с Соловушкой на ковер.

— Мне нравится эта история. – Девочка улыбнулась и склонила голову на плечо Скворцу.

Когда Филин занял свое прежнее место, то кончиком указательного пальца сдвинул очки ближе к глазам и прокашлялся. Комнату снова окутал треск дров в печи и низкий и глубокий голос мужчины, что перебирал слова в книге, словно струны гитары.

— «То ли колодец был очень глубок, то ли падала она очень медленно, только времени у нее было достаточно, чтобы прийти в себя и подумать, что же будет дальше. Сначала она попыталась разглядеть, что ждет ее внизу, но там было темно, и она ничего не увидела. Тогда она принялась смотреть по сторонам. Стены колодца были уставлены шкафами и книжными полками; кое-где висели на гвоздиках картины и карты».

Скворцу на мгновение показалось, что он сам летит вниз на дно колодца. Это падение было мягким и свободным. Оно позволяло ему расслабиться, прежде чем он разобьется о холодные камни на дне. Скворец не знал, но почему-то чувствовал, что его жизнь сейчас достигла предела в совершенстве. Лучшее уже не случится, и с этого момента все покатится вниз. Медленно или стремительно, но в итоге Скворец окажется внизу, там, где и должен был оказаться в самом начале. Он никогда не видел дна колодца, но сейчас ясно представлял, как будет больно лежать на этих камнях и смотреть вверх, на свет. Туда, где он сидит в гостиной и слушает сказку Филина. Этот свет он вырвал из лап предначертанного судьбой злого будущего. И сейчас он попросту не имел права не быть благодарным за эти счастливые годы.

— Встаем на пробежку. – Кто-то, словно сквозь пелену, сказал это и сразу же исчез.

Щегол предпочел отнестись к этому как к наваждению или странной навязчивой мысли. Он обхватил двумя руками одеяло, натягивая его на себя с головой, и уткнулся лицом в подушку. Раскладушка противно скрипнула, но этот скрип, так же как и голос, провалился в тишину. Щегол предпочел бы весь день провести лежа на раскладушке под одеялом. Его мышцы все еще болели после многократных подъемов на чердак, хоть и прошло уже несколько дней, но каждое движение отдавало неприятным спазмом. Он протяжно выдохнул, подготавливаясь к новому сну, где он снова окажется в родном городе. Но тут одеяло внезапно стянули со Щегла, оставляя его в одних трусах и футболке.

— Что происходит? – Его голос был схож со скрипом раскладушки. – Куда? Кто? Зачем?

— Ты слышал приказ, – над ухом прозвучал голос Чижа.

— А теперь поторопись, не то достанется. – Сизый подхватил его под руки и поднял с раскладушки. – И тебе, и нам.