Книга Стать хищной птицей, страница 27 – Кира Брайан

Соловушка лишь пожала плечами и пошла следом за Дроздом. Он сидел на кухне и читал одну из книг Филина. На плите стояла кастрюля с супом и уже начинала закипать. Заметив Соловушку, Дрозд слегка улыбнулся и отложил книгу. Он прикоснулся кончиками пальцев к ее ледяным рукам и тут же отдернул, словно его поразило разрядом тока.

— Как ты себя чувствуешь? – она положила ладонь ему на лоб.

— Лучше. – Он не отрываясь смотрел на сестру, чьи щеки покраснели от холода. – Ты не замерзла там? Все хорошо?

— Да, сейчас согреюсь. Ветер холодный, но я буду в порядке. – Соловушка вздохнула и улыбнулась. – Болеешь у нас ты, не надо за меня так переживать.

— Я всегда буду за тебя переживать. Даже если буду при смерти валяться. – Дрозд улыбнулся.

— Ну хватит. Я же не маленькая. – Соловушка улыбнулась. – А ты должен в первую очередь думать о себе. Пора бы уже.

— В этом нет смысла.

Соловушка с укором посмотрел на Дрозда. Прошло много времени с момента, когда он грудью защищал их двоих. Тогда она выжила лишь благодаря ему, только из-за того, что Дрозд слился воедино с сестрой и дышал за них обоих. Те времена уже прошли, а привычка держать Соловушку ближе к себе никуда не исчезла. Когда она была маленькой, ему было проще. Было намного проще оберегать ее. Дрозд говорил, что нужно делать, и Соловушка слушалась. Она верила, что он не может ошибаться или поступить как-то неправильно. Это же Дрозд, ее старший брат, который всегда все делал только ради своей сестры. Для маленькой Соловушки Дрозд был большим защитником и самым умным человеком на всем белом свете. Теперь Соловушка и сама уже в том возрасте, в котором Дрозд научился защищать ее. Она сама могла принимать небольшие детские решения и выбирать то, что будет делать. Ей больше не нужен защитник, ведь рядом появились другие люди. А Дрозду все еще было нужно оберегать свою Соловушку.

— Где папа? – Соловушка села напротив Дрозда, внимательно изучая его бледное от природы лицо.

— Филин уехал за сеном для Антонины. – Он отвернулся, чтобы больше не думать о том, как выросла его сестра. – Скоро должен вернуться, и будем обедать.

Не отводя взгляда от брата, Соловушка облокотилась на колени и обхватила свое лицо руками. Она слегка наклонила голову набок и, сощурив глаза, улыбнулась. Эту привычку она со временем переняла от Филина. Он тоже любил склонять голову, когда задумывался о чем-то или собирался завести сомнительный разговор. Где-то внутри укололо чувство, что Соловушка уже не принадлежала одному лишь Дрозду. Он перестал был единственным нужным для нее человеком уже давно, а теперь, с появлением Скворца, все изменилось еще сильнее. Соловушка тянулась к другим, а Дрозду не нужен был никто, кроме нее. Дрозд вопросительно вскинул брови и придвинулся чуть ближе:

— Что случилось?

— Не будь букой.

Дрозд натянуто улыбнулся и закатил глаза. Он хотел снова вернуться к чтению книги, так как этот разговор обычно не заканчивался ничем хорошим. Но Соловушка выхватила томик у Дрозда из-под носа. Его рука так и осталась висеть в воздухе над местом, где только что лежала книга. Он понял, что бесполезно пытаться улизнуть, ведь Соловушка снова его настигнет, как и было множество раз до этого.

— Я пытался объяснить Филину, что вот из-за «этого» все плохо кончится, – Дрозд фыркнул, указывая в сторону гостиной. – Но он даже не слушал меня. Я не хочу, чтобы ты привыкала к нему. Если нам снова придется бежать, то…