Книга Маневр пустого города, страница 144 – Юнь Хуянь

На лице у него появилась улыбка, означавшая: «Выбора у тебя нет».

«Ты ошибаешься! – подумал Лэй Лэй. – Ты ведь не знаешь, что сегодня в больнице у меня есть третий путь».

Но Лэй Лэй приложил все усилия к тому, чтобы та притворная улыбка, которую он выдавил из себя, смотрелась как можно более искренней, и протянул Лао Чжану руку со словами:

— Соглашение достигнуто.

Лао Чжан пожал протянутую руку.

— Прошу вас, поверьте, мои намерения самые искренние, – сказал Лэй Лэй. – Но у меня есть одно условие: сегодня вечером вы ни на шаг не выйдете за пределы этой больницы.

На самом деле это означало: «Ты все время должен быть у меня на глазах».

Лао Чжан кивнул, затем показал пальцем на дверь:

— Что ж, пришло время подтвердить искренность намерений.

Лэй Лэй только сейчас услышал, что из-за двери доносится шум и гвалт. Он приоткрыл дверь и увидел, что Ли Янь и его отряд медицинских экстремистов плотным кольцом окружили Чжоу Юнь и Ли Дэяна, тыча в них пальцами и изрыгая непрерывные потоки брани. Бабка умершей девочки сидела на полу и, хлопая себя по бедрам, выла так, как ни чертям, ни волкам и не снилось. Все вместе они шумели, как потоки ливня при ураганном ветре, и совершенно невозможно было понять, что же там произошло.

На самом деле вся эта свара началась из-за Ли Дэяна.

Посколько Чжоу Юнь все это время находилась в офисе и руководила оказанием первой помощи детям, пострадавшим от отравления хлором, а Ху Лайшунь отправился на подмогу в бассейн «Морской конек», вести прием больных в смотровой остался один Ли Дэян. И, хотя пациентов было уже не так много, как раньше, нагрузка на него все возрастала. В этот момент в смотровую пришла Цай Вэньсинь, загруженная так, что уже и не знала, за что хвататься. Она сказала, что в палате наблюдения что-то произошло и он должен пойти взглянуть.

Ли Дэяну ничего не оставалось, кроме как пойти. Во время недавнего инцидента с Люй Вэем Ли Дэян, спасаясь от преследования, нечаянно опрокинул ширму, отделяющую «голубую комнату» от остальной части палаты. А когда помещение приводили в порядок, выяснилось, что кто-то в суматохе наступил на ширму, и от нее отломился большой кусок. Она уже не могла стоять прямо, и ее просто прислонили к стене. В результате дети из «голубой комнаты» оказались вместе с остальными пациентами.

Сначала это не доставляло никому неудобств, но потом мама того мальчика с нейробластомой достала телефон, чтобы сделать несколько фотографий сына и положила свою голову на подушку рядом с его головой, покрытой несколькими десятками наростов, сформировавшихся из-за опухолевых метастазов внутри костной ткани. Поскольку она, делая фото, не выключала вспышку на телефоне – и так несколько раз, – яркий свет попадал на соседнюю кровать, где лежала девочка, оставленная под наблюдением в больнице из-за судорог на фоне высокой температуры. От света девочка пару раз дернулась, и ее мать, находившаяся рядом, тут же громко выругалась. Мать мальчика что-то пробормотала в ответ, но несдержанная соседка, похоже, за словом в карман не лезла и принялась браниться еще злее. Ее фраза «Глянь, сынок твой какая страхолюдина, было б что фотографировать» вывела мать мальчика из терпения, и она начала огрызаться в ответ, только была не так остра на язык и явно проигрывала. Поэтому в конце концов она присела на край кровати и молча заплакала.