Книга Наследница сокровищ Третьего рейха, страница 97 – Бахтияр Абдуллаев

— Товарищ военврач, пригнитесь и пока мы не покинем территорию гарнизона, не высовывайтесь, – строго наказал ему.

— Хорошо, – ответил Герхард и лег на заднее сидение.

Через час они были на немецко-австрийской границе. Проехав еще минут сорок, оказались у небольшой деревушки. Остановив у обочины машину, водитель генерала сказал,

— Товарищ военврач, извините, дальше я не могу поехать, срочно мне надо возвращаться.

Быстро выйдя из машины, Герхард, переживая за него,

— Да, конечно, езжайте поскорее, и Саша, будьте осторожны, – сказал ему он.

После того, как резко развернувшись, машина генерала уехала, Герхард у дороги просидел долго. По дороге, кроме военных машин, другие не проезжали. И когда на часах показывало два часа дня, вдали показался силуэт приближающейся легковушки. Увидев ее, Герхард стал отчаянно махать руками, в надежде остановить ее. Машина, включив правый поворотник, притормозила возле него. Открыв дверь, он чуть ли не умоляя спросил у водителя,

— Извините, пожалуйста, вы случайно не в Зальцбург едите,

— Нет не в Зальцбург, а в Ганновер. Хотя, вы можете доехать со мной до Мюнхена, а оттуда вам до Зальцбурга, рукой подать.

Поблагодарив его за любезность, Герхард сел в переднее сидение. Переживая за судьбу генерала, задумавшись, он мыслями ушел куда-то. Так незаметно прошли полчаса, тишину нарушил мужчина за рулем.

— Из плена? – спросил он.

— А почему вы так думаете?– удивился Герхард.

— На вас русская форма, если не из плена, то откуда она у вас?

— Вы догадливый. Вроде того,

— Это, как вроде того?

Герхард больше часа пути ему рассказывал о своей истории. Слушая его, незнакомец то восторгался, то, как бы впадая в ужас, нажимал на тормоза. И когда до поворота в Зальцбург оставалось несколько километров, незнакомец спросил,

— А вы помните свой дом,

— Дом не помню, но девушку, которая бежала за нами помню. Если она моя родная сестренка, значит дом, от которого она побежала и есть мой дом.

— А, как зовут ваших родителей?

— Доктор Карл фон Штаубе.

Услышав это имя, незнакомец, резко нажав на тормоз, громко расхохотавшись и схватив Герхарда за плечо,

— Доктор Карл фон Штаубе, Карл и есть ваш отец?

— Да, а что, вы его знаете? – с надеждой спросил у него Герхард.

— О, да, еще, как знаю, – и, протягивая ему руку, – с вашего позволения, доктор Артур Розенкирхен, – и вновь расхохотавшись. – Вы, что меня не узнаете? Я же раньше, когда вы еще жили в Берлине, к вам часто приезжал. А ваш любезный батюшка мой давнишний закадычный друг. Правда, с тридцать девятого мы с ним не виделись, ну ничего, эту ошибку сегодня мы исправим. – И не останавливаясь, свернув налево, поехал в Зальцбург.

— Вы, что дядя Артур, разве в Ганновер не поедите? – поинтересовался Герхард.

— Какой Ганновер, друг мой. Я собственноручно вас передам моему другу Карлу, – и тут же вновь расхохотался,

— А почему вы опять смеётесь? – удивленно спросил Герхард.

— Как почему, неужели вы не понимаете?

— Нет,

— Ведь отец вас похоронил. Вернее, думает, что вы погибли в 1943 году, так? А вы вот, живой и невредимый, а кто ему эту новость первым сообщит? Я, его близкий друг Артур, – радостно он сказал.

— Отец знает, что я жив,

— Как знает? – с досадой переспросил его

— К нему приезжал мой друг, вернее он случайно оказался у нас дома.