Книга Наследница сокровищ Третьего рейха, страница 260 – Бахтияр Абдуллаев

Затем рассевшись по машинам, они двинулись в направлении Коканда.

Чем ближе оставалось до Коканда, тем сильнее стало биться сердце Саидходжи. Ведь он почти полвека не был дома. Когда их кортеж проезжал мимо небольшой горной местности, он сразу же узнал эти места, и тут же попросил Саидасрора остановить машину,

— Что случилось Саидходжа ака? – Остановившись, поинтересовался Икрамов,

— Саидасрор, если не ошибаюсь, вон те горы, – выйдя из машины и показывая на них, – Шаимардановские?

— Да, они!

Услышав это, радостный, подозвал супругу,

— Родная смотри, смотри. Я, оказывается, еще не все позабыл. Мы обязательно потом к ним съездим, обязательно съездим. Если бы ты знала, как там красиво. Поверь, те места ничуть не уступают по своей красоте и чистоте воздуха нашему Зальцбургу. А вода в реке пенистая и белая-белая, такая холодная, словно ты ее только,что вытащила из морозильника. – И подозвав к себе Икрамова, – Саидасрор, правда, же, что она такая?

— Да, Саидходжа ака, она точно такая, какой Вы ее описываете. По указанию руководства Узбекистана, эти места считаются достоянием страны, а также, они являются заповедной зоной.

— Вот это правильно. Людям тоже где-то надо отдыхать. А чайханы там сохранились?

— Как без них Саидходжа ака. Узбекистан без чайханы, словно птица без крыльев.

— Вот это правда, вот это правильно, – а затем, всмотревшись прямо перед собой. – По-моему, через пару километров должна быть развилка в мою деревню в Хайдарабад?

— Так и есть. Но сейчас он называется Багдад.

— Вот как? Жаль, Хайдарабад звучит не хуже. Саидасрор, сначала поедем в кишлак, а потом в Коканд.

— Хорошо, господин Саидходжа ака.

Доехав до развилки, эскорт свернул на право, они проехали по дороге пару километров, и неожиданно Саидходжа попросил остановить машину. Выйдя из нее, сделал пару шагов, обернувшись, молча помахал рукой, словно прося их езжайте. Эльза попыталась остаться, но муж, показывая, что хочет побыть один, ей указал продолжать движение. Когда те тронулись с места, он взглянул на небо, и глубоко вздохнув, во весь голос крикнул,

— О Аллах, – и тут же рухнув на землю, взял в свои ладони горсть родной земли и разрыдался.

В это же самое время, отъехав от него метров пятьсот, Эльза, увидела как Саидходжа падает на землю, приказала водителю остановить машину. Выскочив из нее, она попросила их следовать дальше, а сама быстро побежала к Саидходже.

Когда она подошла к нему, тот лицом вниз, и крепко сжимая в своих ладонях землю, неистово рыдал. Эльза подсела рядом с ним и положила свою руку на его голову. Он, тут же бросившись к ее груди и не в силах что-либо говорить, рыдал как ребенок на груди матери. Эльза, крепко сжимая его в своих объятиях, в слезах говорила,

— Не плачь родной, не плачь. Ты жив, ты вернулся к ним, не забыл, не бросил их, – как могла, успокаивала его.

— Спасибо Бану за то, что она есть у нас. Спасибо тебе родная за то, что ты привезла меня сюда. За то, что Вы тогда решили ехать в Узбекистан. Если бы не Вы, я никогда не увидел бы этих мест.

Еще немного посидев пока Саидходжа не придет в себя, медленно шагая, Эльза спросила у мужа,

— Дорогой, выйдя из машины и направляясь к тебе, вон там, – указывая на то место, – я видела небольшие строения, похожие на могилы.