Книга Попроси у неба счастья, страница 153 – Наталья Калиновская

— Не хочу я пока ещё. Мама, а отец скоро приедет?

— Ты уже соскучился, малыш? Скоро. Наверное скоро,– вздохнула и посмотрела на дорогу.– Я тоже соскучилась.

— А Заряна?

— И она, конечно тоже.

— Мама, а ты её назвала так, потому что мою первую маму, которая ушла далеко, так звали?

— Я же тебе уже рассказывала, что мы с папой посоветовались и решили, что это очень красивое имя. Похожее на утреннюю или вечернюю зорьку. А у тебя ведь сестрёнка красивая, правда?

— Какая же она красивая? Маленькая и не умеет говорить, а только плачет. Можно я ещё побегаю?

— Побегай. Так хорошо вокруг и спокойно.

Любава смотрела на Ярополка, который весело резвился, но во взгляде её сквозила грусть.

— Видишь, а я и не знала, что первую жену Тодора звали Заряной. Просто думала ,что вы для девочки выбрали красивое имя.

— Бабушка, это я так решила, я знаю, что любил её он очень. Но так сложилось, что умерла она и счастье их было недолгим. Знаешь, когда я сказала, как хочу назвать дочь, у Тодора даже слёзы на глазах появились.

— Глупенькая ты. Это имя будет постоянно напоминать ему о давней любви.– Нет, бабушка. Никто, кроме меня ему не нужен и это я знаю точно. И мне тоже. Как раньше я не могла этого понять? И вот сейчас его нет, а сердце отчего то щемит, не успокоится.

Обе надолго замолчали, думая о своём.

Прибыли гонцы с дальних селений и рассказали, что идёт большая киевская дружина на древлянские земли. Тодор не поверил вначале этим рассказам, ведь за данью киевский князь приезжал осенью или зимой, а сейчас, в начале лета никто никогда не беспокоил. Да и дань они отдали сполна в прошлом году, а сейчас Ольга уроки определила окрестным княжествам. Но выполнять их срок- осенью.

Но когда гонцы всё прибывали, то Тодор забеспокоился.

Первым на пути киевской дружины был Малин. Тодор, оставив часть отроков и дружинников в Искоростене, остальных взял с собой и выехал туда. Он твёрдо приказал оставшимся никому не открывать ворот и не впускать незнакомцев в город.

Его не было уже два дня и Любава начала волноваться. Такого ещё не было, чтобы князь не подал весточку, уезжая из дома.

Поэтому и смотрела на дорогу, ожидая увидеть его- уставшего, но такого родного.

Не заметила, когда полюбила. И не только телом, которое оживало, трепетало под его умелыми руками, его ласками, но и сердцем, чувствующим его, понимающим с полуслова, с полувзгляда.

Когда-то, вспоминая Подвизда, её лицо покрывал румянец, а губы ныли, напоминая о поцелуях. Сейчас она понимала, что это было удовлетворение женской сущности, когда горят мужские глаза, глядя на неё. И это она, молоденькая девушка, зажгла в них страсть, желание обладать ею.

Тодор же был частью её и оторвав его от себя, она бы лишилась чего -то большого, светлого. А жизнь была бы серой и неинтересной, вот как прямо сейчас, хотя и нет его всего-то два дня.

Любава не могла сидеть в тереме, его стены давили на неё. Какие -то плохие предчувствия сдавливали сердце, не давали глубоко дышать. И даже маленькая дочурка не отвлекала её своим лепетом от тяжелых мыслей.

Потому-то и собрала детей, отправилась на речку, на простор.

«Хотя бы Алекс был рядом. Он сумел бы развеять эти глупые мысли. Ведь наверняка ничего плохого не случилось. Просто вбила в голову непонятно что, – уже начала сердиться на себя Любава. – Скоро приедет муж и мы будем вместе смеяться над моими страхами, потом он меня успокоит. Посмотрит ласково, обнимет своими сильными руками…