Книга Ожидание жизни, страница 67 – Иола Гайнова

Сжимая со всей силы руки в кулаки и чувствуя, как ногти больно впиваются в ладони, я надеялась, что не заплачу. Но слезы, одна за другой, катились по щекам сами собой, постепенно переходя в поток. Всхлипывая и смотря невидящими глазами на Сэма, я умирала от горя и страдания прямо на этой площади, среди бездушных и непонимающих людей. Ну и пусть, что Линк меня не любит, но я-то его люблю, причем так сильно, что не знаю, как смогу пережить его смерть. Артур, стоя рядом, пытался меня успокоить, но все было тщетно: мой плачь постепенно перешел в истерику, от которой я напрасно пыталась избавиться, закрывая рот рукой. Мои всхлипы становились все громче и громче, от чего окружающие стали поворачиваться в мою сторону и шептаться.

Как только Сэм замолчал, кто-то из охраны крикнул: «Начинай!», и после этого люк в деревянном полу виселицы открылся, от чего ноги Линка стали болтаться, не находя опоры.

— Нет! – изо всех сил прокричала я и бросилась к нему, не смотря на солдат, стоящих совсем близко от меня. Артур в мгновение ока схватил меня за локти и прижал к себе с такой силой, что у меня остались кровоподтеки на руках. Все шарахнулись от меня, как от чумной. Пытаясь хоть как-то смягчить ситуацию, Артур сказал с улыбкой: «Не обращайте внимания! Она просто очень впечатлительная». Судя по всему, убеждения подействовали, так как мы вновь оказались никому не заметной частью толпы. Сколько времени я находилась в истерике, не знаю, но успокоилась только тогда, когда почти все разошлись. Перед тем, как сесть в экипаж, я повернулась лицом к Артуру и, смотря тому прямо в глаза, попросила:

— Пожалуйста, сделай еще кое-что для меня… Я хочу, чтобы ты помог похоронить Сэма где-нибудь возле нашего поместья, чтобы я смогла… смогла… Боже…

На моих глазах опять проступили слезы от слов, в которые мне было так тяжело поверить.

— Мэри, не плачь. Хочешь, я поеду с тобой?

— Нет! Спасибо. Я поеду одна, а ты выполни, пожалуйста, мою просьбу…

— Конечно. Твоя родня поедет в экипаже, следующим прямо за твоим, так что, если тебе что-то понадобится, ты сможешь обратиться к своей семье.

Ничего не ответив, я села на мягкое сиденье и начала смотреть в противоположное окно, где вдали виднелась одиноко стоящая виселица. Тела уже не было, и я подумала, как же это странно: Сэма уже нет, а я, благодаря ему, сейчас здесь, живая и здоровая. Выждав, пока за мной закрыли дверь и мы поехали, я, вспоминая и вновь переживая недавние события, уже почему-то не плакала, а лишь молча смотрела в одну точку почти всю дорогу.

Приехав домой, я сразу же пошла наверх и закрылась в своей комнате. Надо отдать должное моей семье: пока я сама не захотела выйти из комнаты, меня никто не побеспокоил. Когда же меня немного отпустило, никто не стал задавать лишних вопросов.

На следующий день приехал Артур и попросил меня выйти с ним на улицу, сказав, что выполнил мою просьбу. Увидев экипаж и рядом стоящую деревянную телегу, которые находились у ворот, я поняла, что Кингсли перевез из Хартфорда гроб с телом Сэма.

— Зачем ты его привез к дому? Я же просила, чтобы ты его похоронил.

— Я подумал, что ты захочешь с ним попрощаться.

— А тебе не надо думать, а надо делать!

— Не разговаривай со мной так грубо, я и так помогаю тебе как могу!