Книга Ожидание жизни, страница 64 – Иола Гайнова

— Мисс Бэррон, извините меня, вы так долго отсутствовали, что ваш завтрак остыл. Поэтому я решила сделать все по-новому.

— Так это завтрак Артура? – удивленно и слегка смущенно спросила я, смотря прямо на Кингсли, который доев все булки, довольно на меня смотрел.

Поставив поднос, Катрин быстро ушла делать еще одну порцию чая для Артура, а мама, погрозив мне указательным пальцем, куда-то ушла, оставив нас одних. Чувствуя за собой вину, я предложила Кингсли свой чай, на что тот с иронией ответил, явно с иронией:

— Спасибо, гостеприимная вы наша Мэри, больше не хочется почему-то, наверное, потому что и так очень много выпил.

Посмеявшись вместе над этой глупой ситуацией, мы продолжили разговаривать, и я даже за это время, как ни странно, не вспомнила о Сэме. Когда же Артур невольно напомнил о нем, волна боли и страдания вновь прокатилась по всему моему телу. Он сам заметил отражение этого на моем лице, в моих глазах, чему был очень удивлен.

— Мэри, что случилось? Тебя будто сейчас под столом ногу отрезали.

— Боже, как больно! Артур, ты даже не представляешь! Сэм мне нужен не просто, потому что мне так хочется. Я без него умираю или схожу с ума – сама еще не поняла. Поверь, ты никогда такого не испытывал и, надеюсь, не испытаешь.

— А что именно ты чувствуешь? Благоговение любви, о которой ты мне говорила, или что-то иное тебя так мучает?

— У тебя когда-нибудь был жар?

— Конечно. И не один раз.

— Вот это чувство, когда твои кости ломит, мышцы ноют, и конечности не могут находиться в одном положении дольше минуты, если ты умножишь на двадцать, то получившееся и будет моим состоянием. Когда же он рядом – все иначе. Это ужасное чувство не беспокоит, и я ощущаю себя свободной и парящей под облаками. Не надо на меня так смотреть! Как бы сентиментально это не казалось, но это правда, по крайней мере, для меня. И вообще, такое впечатление, что никогда не любил!

— Как-то не приходилось…

— Поразительно! Вокруг тебя постоянно вились девушки, но ты никого из них так и не полюбил? А как же та приезжая датчанка, о которой ты мне когда-то все уши прожужжал?

— Да, Луиза была милой. Вот только, когда она уехала, у меня не было такого чувства, как у тебя, мне не хотелось вернуть ее обратно любыми средствами или тем более отдать за нее жизнь. Через день я уже познакомился с «новой» Луизой, забыв о старой. Знаешь, на расстоянии чувства притупляются, если это, наверное, ненастоящие чувства.

— Не знаю, я не психолог. Мне и со своими-то проблемами тяжело справиться, не то что с чужими!

— Ладно, ты права. Пойдем к тебе в комнату, а то здесь слишком много ушей.

Поднявшись наверх, мы стали обсуждать то, каким способом можно вернуть мне Сэма в целости и сохранности. К сожалению, Артур плохо понимал, что я не отступлюсь, каждый раз отвергая мои идеи и предложения, уговаривая смириться с потерей.

— О том, что мне стоит забыть мою любовь, даже не заикайся! Я же уже сказала: Сэм не будет на виселице! И вообще, мне надо с ним встретиться!

— Исключено! И это не обсуждается!

На следующий день мы поехали в Хартфорд, где и находился Линк, томящийся в камере. Недовольный Артур, портивший всем своим видом мне настроение, постоянно бурчал себе что-то под нос и смотрел в мою сторону недобрым взглядом. Когда мы уже прибыли на место и оказались в тюрьме, я остановилась у кабинета начальника, а Кингсли вошел внутрь, оставив стоять меня в одиночестве и смотреть на глупо улыбающихся охранников около десяти минут. Выйдя из кабинета, Артур взял меня за руку и повел по коридору, то открывая, то закрывая двери ключами, висевшими у него на поясе.