Книга Стрекоза в янтаре, страница 505 – Диана Гэблдон

Затем он подал маленький нож мне. Я взяла его и, несколько поколебавшись, взяла протянутую руку Джейми.

Он быстро закрыл глаза и сжал губы, но все-таки у него вырвался легкий стон, когда я прижала острие ножа к мягкому основанию его большого пальца — холму Венеры, на котором, как говорят хироманты, сосредоточены все линии страсти и любви.

Только сделав маленький полукруглый надрез, я сообразила, что он протянул мне левую руку.

— Надо было дать мне другую руку, — сказала я, — рукоятка меча будет давить на нее.

Он слабо улыбнулся.

— Для меня не будет большего счастья, чем чувствовать твое прикосновение во время моей последней битвы, где бы она ни случилась.

Размотав испачканный кровью платок, я прижала свою раненую руку к его руке, наши пальцы сплелись. Кровь была теплой и липкой — она еще не свернулась между нашими ладонями.

— Кровь от крови моей, — прошептала я.

— …и плоть от плоти моей, — тихо отозвался он.

Но никто из нас не решился вымолвить последние слова клятвы: «…до тех пор, пока смерть не разлучит нас». Произнесенные слова болью повисли между нами. Джейми горько улыбнулся.

— И даже дольше, — твердо сказал он и снова притянул меня к себе.

— Фрэнк… — со вздохом произнес Джейми. — Может быть, он не захочет и слушать. Но если захочет, расскажи ему обо мне так, как ты рассказала мне о нем. Скажи ему — я… благодарен. Скажи, я надеюсь на него, потому что должен надеяться. И скажи еще… — Его руки неожиданно сжали мою руку, он говорил вроде бы смеясь, но совершенно искренне: — Скажи ему: я ненавижу его от всей души, ненавижу до самых потрохов!

Мы оделись; рассветный полумрак стремительно превращался в день. Еды не было, не было ничего, что помогло бы нам протянуть время. Делать было нечего, и все уже было сказано.

Теперь ему пора уходить, чтобы вовремя добраться до Друмосских болот. Наступил час нашего последнего расставания, а мы не знали, как сказать «до свидания».

Джейми наклонился и нежно поцеловал меня в губы.

— Говорят… — начал он и остановился, чтобы прокашляться, — говорят, в старые времена, когда мужчина отправлялся в дальний путь для свершения великих дел, он должен был найти колдунью и попросить у нее благословения. Он поворачивался лицом в ту сторону, куда ему предстояло уйти, а она становилась позади него и произносила над ним слова молитвы. Когда она заканчивала, он должен был идти прямо вперед и не оглядываться — иначе его поход будет неудачным.

Джейми осторожно коснулся моего лица и отвернулся, уставясь в открытую дверь. Утреннее солнце врывалось в хижину, зажигая его волосы тысячами огней. Он расправил широкие плечи и глубоко вздохнул.

— Благослови же меня, моя колдунья.

Я положила руку ему на плечо и задумалась. Дженни научила меня нескольким древним кельтским молитвам. Я попыталась восстановить их в памяти.

— Иисусе, сын Марии, — начала я охрипшим голосом, — ныне взываю к милосердию Твоему. От имени Иоанна Апостола, от имени всех святых Твоей обители прошу Тебя сохранить его в предстоящей битве…

Я остановилась, заслышав внизу, у подножия, голоса, топот ног.

Джейми замер на секунду, плечо напряглось под моей ладонью; он повернулся и подтолкнул меня в торец дома, туда, где стена совершенно разрушилась.

— Беги! — сказал он. — Это англичане! Уходи, Клэр!