Книга Скажи пчелам, что меня больше нет, страница 261 – Диана Гэблдон

— Да, — ответил Уильям, смирившись с «милордом». — В Тридцать четвертом. А что?

— Я младший заместитель заместителя военного министра, милорд, и мне поручено следить за содержанием наших военнопленных. Которое, боюсь, оставляет желать лучшего, — прибавил он и поджал губы. — В большинстве случаев все, что я могу, — это просить и направлять помощь со стороны церквей и сострадательных лоялистов из окрестностей. Американцы настолько стеснены в средствах, что едва способны прокормить собственные войска, не говоря уже о пленных. Стыдно признать, то же самое порой можно сказать и в отношении британской армии.

Два лакея принесли суп, и Престон откинулся на спинку стула.

— Сейчас не время и не место для подобных дискуссий, — продолжил он, глядя, как перед ним опускают суповую тарелку. — Но если позже у вас появится свободное время, милорд, буду весьма признателен, если вы расскажете мне все, что знаете, о вашем кузене и условиях его содержания. Если это не слишком болезненно, — поспешно добавил он, еще раз взглянув на дядю Хэла.

— С удовольствием. — Уильям взял серебряную ложку и попробовал суп из лобстера. — Возможно, мы могли бы встретиться сегодня вечером в «Арках»? Розовый дом, может, слышали? Не хочу доставлять беспокойство дяде. — Он тоже посмотрел на дядю Хэла — тот, похоже, испытывал несварение то ли физического, то ли духовного свойства; папа тем временем чересчур пристально разглядывал свою тарелку.

— Конечно. — Мистер Престон быстро окинул взором герцога и понизил голос. — Не знаю, вправе ли я просить, чтобы вас сопровождал отец. Разумеется, он уже давно не ведет дел с заключенными, однако…

— С заключенными? — Что-то маленькое и твердое подпрыгнуло в животе Уильяма, будто он случайно проглотил мячик для гольфа. — Мой отец?

Мистер Престон смущенно моргнул.

— Простите, милорд. Я думал…

— Не важно, — отмахнулся Уильям. — Что вы имели в виду, говоря о его делах с заключенными?

— Но ведь лорд Джон был начальником тюрьмы в Шотландии примерно… лет двадцать — двадцать пять назад? Как же она называлась… Ах да. Ардсмур. Вы не знали? До чего неловко, прошу меня извинить.

— Двадцать пять лет назад… — повторил Уильям. — Полагаю, некоторые из заключенных были предателями-якобитами, участвовавшими в восстании?

— Именно. — Мистер Престон явно испытывал облегчение оттого, что Уильям не обиделся. — Большинство из них, насколько помню. Я написал парочку брошюр на тему тюремной реформы, и значительная часть моих исследований касалась обращения с заключенными-якобитами. Я мог бы рассказать вам об этом подробнее сегодня вечером. Скажем, в десять часов?

— Очаровательно, — сердечно откликнулся Уильям и сунул в рот полную ложку холодного супа.

Лорд Джон поднял ложку с горячим супом и, остужая, подержал на весу, буравя взглядом джентльмена, сидевшего напротив рядом с Прево. Он чувствовал, как по соседству кипит Хэл, и на мгновение подумал, не пролить ли суп ему на ногу и вывести из обеденной залы, пока тот не сказал или не совершил чего-нибудь опрометчивого.

Бывший сводный брат, только что представленный им как кавалер Сент-Оноре, не мог не заметить реакции Греев на свое появление, однако сохранял полное sang-froid^[127] и рассеянно скользил по ним взглядом, не встречаясь глазами ни с тем, ни с другим. Он болтал с Прево на парижском французском и, насколько мог судить Джон, вовсю строил из себя француза, черт бы его побрал!