Книга Скажи пчелам, что меня больше нет, страница 192 – Диана Гэблдон

Затем настала наша очередь. Я подошла вслед за хранившим молчание Джейми. Он взял Бобби за плечи, склонил к нему голову, и несколько мгновений они стояли, соприкасаясь лбами и разделяя горе. Затем Джейми выпрямился, качнул головой, сжал Бобби плечо и шагнул в сторону, уступая место мне.

— Она была замечательная, Бобби, — прошептала я, до сих пор чувствуя ком в горле после всех пролитых слез. — Мы будем ее помнить. Всегда.

Он открыл рот, но ничего не сказал. Потом крепко стиснул мою ладонь и кивнул, не сдерживая слез. Перед похоронами Бобби побрился, и на его бледной коже проступили красные пятна.

Мы с Джейми медленно побрели по тропе к дому, молча, лишь слегка соприкасаясь плечами.

Когда мы подошли к саду, я остановилась.

— Нарву немного… — Я неопределенно махнула рукой в сторону палисадника.

Чего, интересно? Что мне сорвать или выкопать, чтобы сделать припарку для израненного сердца?

Кивнув, Джейми обнял и поцеловал меня. Затем приложил руку к моей щеке, всматриваясь в лицо, будто хотел запечатлеть мой образ в памяти, повернулся и зашагал к дому.

По правде говоря, в сад меня тянуло только желание побыть в одиночестве.

Я постояла там какое-то время, впуская в себя тишину, которая никогда не бывает абсолютной: ее наполняют дыхание леса и шелест ветра в ветвях, отдаленный пересвист птиц, голоса маленьких жаб из ручья. Ощущение, что растения разговаривают друг с другом.

Близился вечер, и низкое солнце, проглядывая из-за оленьего частокола, сквозь бобовые плети отбрасывало пятна света на соломенный улей, рядом с которым с ленивой грацией кружили пчелы.

Я приложила к улью ладонь и почувствовала приятный глубокий гул кипевшей внутри работы.

Эми Хиггинс ушла… умерла. Вы ее знаете: у нее во дворе полно мальвы, и она выращивает… выращивала жасмин у коровника, а поблизости — кусты кизила.

Я стояла совершенно неподвижно, позволяя живительной вибрации прозрачных крыльев перейти в мою руку и коснуться сердца.

Ее цветы все еще растут.

Саванна, королевская колония Джорджия

В глубине души Уильям надеялся, что расспросы о лорде Джоне Грее ни к чему не приведут и в лучшем случае он узнает о возвращении его светлости в Англию. Но помощник генерал-майора Прево с ходу выдал ему адрес лорда на Сент-Джеймс-сквер. С колотящимся сердцем и свинцовой тяжестью на душе Уильям спустился по ступеням штаб-квартиры Прево к ожидавшему на улице Синнамону.

Однако вмиг позабыл о своих терзаниях, заметив полковника Арчибальда Кэмпбелла — бывшего командующего гарнизоном в Саванне, которого считал чем-то вроде bête noire^[92]. Половник шел по направлению к дому в сопровождении двух адъютантов. Первым побуждением Уильяма было натянуть шляпу на глаза и прошмыгнуть мимо в надежде остаться неузнанным. Но и без того уязвленная гордость не позволила так поступить, поэтому он решительно вздернул подбородок и двинулся навстречу.

— Доброго дня, сэр, — кивнул он с королевским достоинством, поравнявшись с полковником.

Кэмпбелл, беседовавший с одним из адъютантов, рассеянно поднял глаза и вдруг остановился как вкопанный.

— А ты какого дьявола здесь делаешь? — Широкое лицо его потемнело, словно подгоревшая котлета.