Книга Написано кровью моего сердца, страница 261 – Диана Гэблдон

Йен выслеживает арьергард английской армии. Ролло с лордом Джоном. Рэйчел вместе с Денни и Дотти уехала на квакерской повозке в ближайшую деревню за припасами. Я мысленно пожелала им удачи — после того, как армия встала на постой, фуражиры генерала Грина рассеялись по окрестностям подобно саранче, опустошая все встреченные по пути фермы и амбары.

Пациент монотонно и без огонька сыпал проклятиями, но отнюдь не собирался упасть в удобный для меня обморок. Вряд ли он подобреет от того, что я делаю с его рукой. Что, если он и в самом деле убьет Кларенса? Будь мул не на привязи, их встреча окончилась бы в его пользу, но Кларенс, скорее всего, сейчас уставший или стреноженный. Зато потом… Кошмар! Кажется, я знаю, где сейчас Жермен и что он делает.

— Иисус твою Рузвельт Христос, — прошептала я и ниже склонилась над рукой погонщика, чтобы скрыть лицо — я наверняка сейчас выгляжу потрясенной.

Жермен исключительно талантливый карманник, но украсть мула у отряда погонщиков… Как там Джейми говорил? «Его схватят и повесят или запорют мало не до смерти, а я ничего не смогу сделать, чтобы помешать им». Погонщики — это погонщики, они скорее свернут Жермену шею, чем станут дожидаться какого-либо решения военного суда. Я тяжело сглотнула и быстро огляделась в поисках лагеря погонщиков. Если я увижу там Жермена…

Однако вместо Жермена я увидела Перси Бошана. Устроившись в тени ближайшей палатки, он задумчиво глядел на меня. Наши взгляды встретились, и он тут же подошел ко мне, оправляя камзол. Что ж, не то у меня сейчас положение, чтобы смотреть дареному коню — или мулу — в зубы.

— Мадам Фрэзер, вам нужна помощь? — вежливо кивнув, спросил Бошан.

Нужна, и еще как. Я больше не могу затягивать хирургические манипуляции. Бросив взгляд на огромного пациента, я задумалась — знает ли он французский?

По-видимому, это отразилось на моем лице — Джейми говорит, что по мне всегда видно, о чем я думаю, — и Перси улыбнулся и сказал по-французски:

— Да это отродье и английский-то понимает лишь в том объеме, который позволяет ему нанять больную шлюху, причем исключительно дурную, раз уж она позволяет ему себя коснуться; что уж говорить о языке ангелов.

— Дерьмо, дерьмо, гребаное дерьмо, гребаный мул, как же больно… — бормотал погонщик.

Я немного расслабилась и ответила на французском:

— Да, мне нужна помощь, и срочно. Мой внук сейчас пытается украсть мула, которого этот тупица украл у него. Не могли бы вы увести мальчика из лагеря погонщиков, прежде чем его заметят?

— À votre service, madame^[79], — тут же ответил Бошан и, щелкнув каблуками, кивнул и ушел.

* * *

Рану я перевязывала так долго, как могла. Если мой сквернословящий пациент увидит Жермена среди погонщиков, французские манеры Перси могут оказаться весьма некстати. И вряд ли мой внутренний Гиппократ посмотрит сквозь пальцы на то, что я буду вынуждена принять решительные меры, если Жермену попытаются сломать шею.

Из-за спины донесся знакомый рев, и я резко обернулась. Раскрасневшийся и слегка встрепанный Перси вел Кларенса, а на муле сидел Жермен и с победоносным видом смотрел на моего пациента.

Я поспешно поднялась, нашаривая нож. Погонщик, осторожно ощупывавший свежую повязку, удивленно поднял голову и с ревом вскочил на ноги.