Книга Написано кровью моего сердца, страница 250 – Диана Гэблдон

Из поездки с Грином Джейми вернулся промокшим, помятым и взъерошенным, но, как ни странно, посвежевшим — и с Ролло, окровавленным и недовольным, но раненным не серьезно.

— Он выздоровеет, — сказала я, ласково почесывая пса за ушами. Рана кровоточила, но была не глубокой. — У меня вряд ли выйдет зашить его рану.

— И я тебя за это не виню, саксоночка, — сказал Джейми, глядя, как я промываю рану, наношу мазь и бинтую, а Ролло смотрит так, будто вряд ли стерпит что-либо сверх того. — Где мои чистые чулки?

— В сумке с остальным твоим бельем. Там, откуда ты берешь его каждое утро. Знаешь, где это?

— Знаю. Просто хотел, чтобы ты позаботилась обо мне.

— Хорошо. — Я услужливо вынула чулки из сумки. — Надеть их на тебя?

— Нет, с этим я сам справлюсь. — Он взял чулки и спросил: — Найдешь мою рубашку?

— Ну конечно, — отозвалась я, доставая рубашку из той же сумки и встряхивая ее. — Как поживает генерал Грин?

— Хорошо. Я спросил его о том, как женятся квакеры. — Джейми принялся надевать через голову чистую белую рубашку — его единственную чистую белую рубашку, как я не преминула сообщить ему. — Сложность, видимо, в том, что у Дензила и Рэйчел нет «домашнего собрания», как квакеры это называют. Они, конечно, могут и без него вступить в брак, но для правильной женитьбы необходимо собрание. Существует так называемый «Комитет чистоты», который встречается с невестой и женихом, свидетельствует их намерения, проверяет, подходят ли они друг другу и имеют ли представление о том, что ждет их в браке. — Джейми пожал плечами и усмехнулся. — Пока Грин об этом рассказывал, я все думал, что сказал бы этот комитет о нас перед тем, как мы поженились.

— Ну, они вряд ли знали больше о том, что нас ждет в браке, чем мы, — усмехнулась я. — Думаешь, они бы сочли нас подходящими друг другу?

— Да, если бы они увидели, как я смотрю на тебя, саксоночка, когда ты этого не видишь… — Он коротко поцеловал меня и огляделся в поисках расчески. — Причешешь меня? Не могу же я идти к своим подчиненным в таком виде? — Его волосы были небрежно собраны в хвост и перетянуты кожаным шнурком, к лицу прилипли влажные соломинки.

— Ну разумеется. С кем ты встречаешься? И когда? — Я усадила его на табурет и принялась расчесывать. — Ты что, кувырком передвигался? У тебя в волосах семена трав и листья, и даже крылатые семечки деревьев. Ого! И еще вот это. — Я осторожно вынула запутавшуюся в волосах зеленую гусеничку и протянула ее Джейми на указательном пальце.

— Thalla le Dia, — сказал он ей. — Иди с богом. — Он осторожно взял гусеницу, отнес к выходу и положил в траву. Вернувшись, Джейми снова сел на табурет и продолжил: — У меня будет всеобщий смотр, саксоночка. Мои последние два отряда пришли сегодня утром. Они уже должны были позавтракать и немного отдохнуть. — Он повернулся и посмотрел на меня. — Пойдешь со мной, саксоночка? Посмотришь на них? Вдруг кто-нибудь пока не может сражаться или нуждается в лечении?

— Конечно. Когда?

— Если хочешь, приходи на плац через час. — Он провел рукой по аккуратно заплетенной рыжей косе, свернутой вдвое и перетянутой у затылка лентой. — Отлично. Ну, как тебе?

Джейми поднялся, смахнул с рукава обрывок листа. Его макушка подпирала потолок палатки, а сам он прямо-таки лучился энергией и предвкушением встречи.