Книга Написано кровью моего сердца, страница 249 – Диана Гэблдон

— Йен!

— Дядя Джейми! — Йен облегченно улыбнулся. Одет он был как индеец: кожаные штаны, ситцевая рубаха, перья в волосах.

Поперек его седла лежала лохматая серая туша, капая кровью на ноги коня. Однако пес не умер: Ролло поднял голову и одарил мужчин желтым волчьим взглядом, но, узнав запах Джейми, гавкнул, высунул язык и тяжело задышал.

— Что случилось с твоим псом? — Джейми подъехал ближе и наклонился к Ролло.

— Дурень попал в ловушку. — Йен хмуро посмотрел на пса и нежно погладил его шею. — Правда, не упади он туда первым, в нее свалился бы я.

— Он сильно ранен? — спросил Джейми, хотя уже видел, что это не так: Ролло мерил Грина оценивающим взглядом, от которого многие люди предпочитали отступить на несколько шагов.

Йен покачал головой, рука его зарылась в собачий мех, удерживая пса на лошади.

— Нет, но он сломал лапу и теперь хромает. Я искал безопасное место, где смогу его оставить, — мне нужно отвезти сообщение капитану Мерсеру. Но увидел вас… ох, доброго вам дня, сэр, — сказал он Грину, чей конь попятился от взгляда Ролло и теперь страстно желал продолжить путь, невзирая на сопротивление всадника. — В общем, я увидел тебя, дядя Джейми, и подумал — может, ты отвезешь Ролло в лагерь и попросишь тетушку Клэр позаботиться о нем?

— Конечно, отвезу, — согласился Джейми и выпрямился в седле, нащупывая влажный носовой платок. — Но для начала я перевяжу его рану. Не хочу испачкать кровью штаны, да и коню это не понравится.

Грин откашлялся.

— Вы упомянули сообщение, мистер… Мюррей? — спросил он, искоса глянув на Джейми, который кивнул ему. — Быть может, вы изложите его суть и мне?

— Разумеется, сэр. Армия англичан разделилась на три части: в середине едет длинный вещевой обоз. Насколько я понял после общения с другим разведчиком, который ехал за ними, они направляются в место под названием Фрихолд. Однако местность для нападения неподходящая — бугристая, словно смятая салфетка: сплошь рытвины да ручейки, хотя разведчик сказал, что есть и подходящие для сражения луга, и англичан можно либо подстеречь там, либо загнать туда.

Грин задал несколько вопросов, на некоторые из них Йен не смог ответить. Джейми в это время осторожно перевязывал лапу пса — колотая рана, пусть и не слишком глубокая, выглядела ужасно. Только бы кол не был отравлен — индейцы иногда наносят яд на колья, чтобы раненый олень или росомаха не смогли выбраться из ловушки.

Конь Джейми не хотел нести на своей спине волка, но постепенно смирился и лишь нервно косил взглядом на новую ношу.

— Fuirich, a choin^[75]. — Йен наклонился и принялся почесывать Ролло за ушами. — Я вернусь, ясно? Taing, дядя! — Кивнув Грину, Йен ускакал — его коню явно не терпелось оказаться как можно дальше от Ролло.

— О боже, — поморщился Грин, когда до него донесся запах Ролло.

— Моя жена говорит, что можно привыкнуть к любому запаху после того, как какое-то время им подышишь. Она знает в этом толк.

— Она кухарка?

— Нет. Доктор. Ну, знаете, гангрена, гнойные раны и все такое.

Грин моргнул.

— Понимаю. У вас очень интересная семья, мистер Фрэзер. — Он кашлянул и посмотрел вслед Йену, который с каждой секундой удалялся от них. — Может статься, вы ошиблись, когда сказали, что он никогда не станет квакером. Он, по крайней мере, не лебезит перед титулованными персонами.