Книга Эхо прошлого, страница 583 – Диана Гэблдон

Ему казалось, что он задолжал Богу жизнь и, беря Клэр в жены, возвращает этот долг… Хотя он в любом случае женился бы на ней, Господь свидетель.

Джейми криво усмехнулся. Все-таки он исполнил свою клятву беречь ее и защищать. Дал свое имя, свой клан — и самого себя.

Среди призраков прошлого всплыло другое лицо: худое, насмешливое — и такое молодое.

Женева. Еще одна женщина, павшая жертвой его похоти. Не из-за него самого, конечно, — эту мысль он отогнал за долгие ночи в холодной постели над конюшней, смирившись в итоге с ее смертью. Однако, если бы он с ней не возлег, она не умерла бы.

Может, Джейми должен был искупить и ее смерть? И в качестве платы воспитать Уильяма? Увы, эту миссию пришлось поручить другому…

Что ж, у него хотя бы осталась сестра, и Джейми мысленно заверил Йена, что защитит ее. Покуда жив, по крайней мере. А какое-то время он еще протянет. Пока что сбылись только пять смертей, предсказанные гадалкой из Парижа.

«Прежде чем упокоиться в могиле, ты умрешь девять раз», — сказала она.

Почему же ему даруют это право не с первого раза?..

* * *

Я не торопилась, разглядывая оголенное запястье и примеряясь к нему кончиком ножа. Слишком много я видела неудачных попыток самоубийства, когда несчастные просто резали кожу поперек руки и, увидев в неглубокой ранке кровь, тут же звали на помощь.

Помнила я и других. Тех, кто все сделал правильно. Надо полосовать вену вдоль, глубоко и уверенно. Тогда я истеку кровью за считаные минуты, а сознание потеряю уже через пару секунд.

У основания пальца все еще виднелась белая отметина. Буква «Д», которую Джейми вырезал мне под Каллоденом, где нас впервые ждала разлука и смерть.

Я обвела ее кончиком ножа, и лезвие приятно защекотало кожу. Тогда мне тоже хотелось умереть, но он запретил. Было нельзя: я носила его ребенка.

А сейчас Брианны больше нет рядом — но она все еще со мной. Я долго сидела, не двигаясь, потом вздохнула и бережно опустила нож на столешницу.

Быть может, сказалась давняя привычка во что бы то ни стало спасать жизни. Или дал о себе знать давний суеверный страх. А может, я чувствовала, что меня не отпускает долг. Ведь были те, кто во мне нуждается, и те, кому я хотя бы могу принести пользу.

Или просто сам организм заупрямился, не желая прекращать существование.

Я могла замедлить ритм своего сердца и подсчитать пульс, стучащий в голове… в такт далекому бою барабанов в ушах.

Есть разные способы умереть. Я узнала все, наблюдая за чужими смертями. Человек не сможет уйти за грань, пока не найдет свой путь.

И я свой пока не нашла.

На столе в моей комнате, мягко мерцая при свечах, стоял новый медицинский сундук. Возле него валялись марлевые мешочки с сушеными травами, которые я купила утром, и бутылочки с микстурой, сваренной днем, к неудовольствию миссис Фиг, возмущенной тем, что я бесцеремонно вторглась на ее кухню. Судя по прищуренному взгляду, она знала, что я революционерка, и подозревала во мне ведьму. На некоторое время она освободила-таки свои владения, но далеко не ушла: так и стояла на пороге, подозрительно присматриваясь и ко мне, и к моему котелку.

Компанию мне ныне составлял большой графин с бренди. На прошлой неделе я обнаружила, что стакан крепкой выпивки вечером помогает хотя бы ненадолго забыться сном. Сегодня, правда, не сработало. Часы внизу негромко пробили один раз.