Книга Эхо прошлого, страница 159 – Диана Гэблдон

— Так оно и есть, — задумчиво сказал Кристи. — Бедняга, нелегко ему пришлось.

Я кивнула.

— Он рассказывал вам о своих малышах?

— Да.

Том сжал губы, но не от злости, а пытаясь сдержать эмоции. Мартин с женой потеряли одного за другим троих маленьких сыновей из-за вспышек лихорадки в колонии. Неудивительно, что, когда Том услышал о горе губернатора, его собственные раны вновь открылись. Том слегка покачал головой и вернулся к теме своего освобождения.

— Я… немного рассказал ему о… о своей дочери. — Он поднял почти нетронутую кружку сидра и одним глотком выпил половину, словно умирал от жажды. — В личной беседе я признался Мартину, что оговорил себя… Но еще я сказал, что абсолютно уверен в вашей невиновности, — заверил он меня. — Если вас когда-нибудь арестуют, мое признание останется в силе.

— Спасибо вам за это.

Мне вдруг захотелось узнать, известно ли ему, кто убил Мальву, и чувство неловкости усилилось. Наверное, ему приходило на ум… Но одно дело предполагать, и совсем другое — знать наверняка, а если еще и знаешь, почему это случилось… Кроме того, никто, кроме меня, Джейми и Йена-младшего, даже не догадывался, что стало с Аланом.

Губернатор принял откровения секретаря с некоторым облегчением и решил, что единственный выход в сложившихся обстоятельствах — отправить Кристи на берег, и пусть там с ним разбираются гражданские власти.

— Но ведь гражданских властей больше нет, — удивилась я. — Или я ошибаюсь?

Том покачал головой.

— Таких, чтобы могли разобраться с подобным делом, — нет. Еще существуют тюрьмы и шерифы, но нет ни судов, ни магистратов. — Он почти улыбнулся, хотя его лицо оставалось мрачным. — Вот я и подумал, что только зря потеряю время, пока буду искать, кому сдаться.

— Но вы сказали, что отправили копию своего признания в газету, — сказала я. — Наверняка люди в Нью-Берне приняли вас… э-э… холодно.

— Милостью Божественного провидения газета перестала выходить до того, как там получили мое признание, — печатник оказался лоялистом. Думаю, мистер Эш и его друзья нанесли ему визит, и он благоразумно решил сменить занятие.

— Весьма резонно, — сухо сказала я.

Джон Эш, приятель Джейми, был вожаком местных Сыновей Свободы, и именно он подбил людей на поджог форта Джонстон и выпроводил губернатора Мартина в море.

— Одно время ходили слухи, — сообщил Том, снова отводя взгляд, — но тогда столько всего произошло… Никто точно не знал, что случилось в Фрэзер-Ридж, и постепенно у всех в умах засело, что я пережил какую-то личную трагедию. Люди стали относиться ко мне с некоторым… сочувствием.

Губы Тома скривились: он явно был не из тех, кто благодарно принимает сочувствие.

— Вы, похоже, процветаете. — Я кивнула на его костюм. — Или, по крайней мере, не ночуете в подворотне и не подбираете в порту выброшенные рыбьи головы. Я даже не подозревала, что писать памфлеты так прибыльно.

Пока мы разговаривали, лицо Тома приобрело свой привычный цвет, но теперь снова залилось краской, на этот раз от досады.

— Вовсе нет! — огрызнулся он. — У меня есть ученики. И я… я проповедую по воскресеньям.

— Не представляю, кто бы справился лучше, — весело произнесла я. — У вас всегда был талант в библейских выражениях говорить людям, что с ними не так. Значит, вы стали священником?