Книга Дыхание снега и пепла, страница 466 – Диана Гэблдон

— В самом деле? — Мальва оглянулась на меня, когда я заговорила, но потом сразу вернулась к окуляру, зачарованная увиденным. — Как это нечто настолько крохотное может вызвать такой беспорядок в целом человеке, который намного больше?

— Ну, тому есть объяснение, — сказала я, опуская новое стеклышко в ванночку с красителем и устанавливая его для просушки. — Но чтобы рассказать тебе все о клетках, мне понадобится время — помнишь, я показывала тебе клетки из твоего рта?

Она кивнула, немного нахмурившись и проведя языком по щеке изнутри.

— Тело производит самые разные виды клеток, и есть специальные клетки, которые должны бороться с бактериями — маленькие круглые штучки, помнишь их? — Я махнула на стеклышко с образцом стула, который, в свою очередь, содержал большое количество разных кишечных палочек. — Но бактерий миллионы, и иногда встречаются такие микроорганизмы, с которыми клетки-защитники не справляются. Например, плазмодии, как в крови у Лиззи. — Я кивнула на закупоренную бутылочку на столе — я взяла кровь у Лиззи всего день или два назад и показала малярийных паразитов Мальве. — И я думаю, что наша амеба как раз из таких.

— О! Значит, нам нужно дать больным пенициллин? — Я слегка улыбнулась воодушевленному «нам», хотя в целом улыбаться было нечему.

— Боюсь, пенициллин неэффективен против амебной дизентерии — так называется очень тяжелый понос, дизентерия. Нам придется обойтись травами, больше в нашем распоряжении ничего нет. — Я открыла буфет и задумчиво пробежалась глазами по бутылочкам и травам, завернутым в марлю. — Для начала полынь. — Я взяла баночку и подала ее Мальве, которая подошла ко мне и с интересом заглядывала в потайные глубины шкафа. — Чеснок — он хорош почти для всех заболеваний пищеварительной системы, к тому же неплохо помогает в качестве примочек при кожных болезнях.

— А как насчет лука? Когда я была маленькой и у меня болели уши, моя бабушка пропаривала луковицу и клала мне в ухо. Пахло ужасно, но помогало!

— Хуже точно не будет. Беги в кладовую и принеси… три больших луковицы и пару головок чеснока.

— О, я мигом, мэм! — Она опустила полынь и кинулась к выходу, сандалии зашлепали по коридору.

Я вернулась к полкам, пытаясь успокоиться. Я разрывалась между желанием ухаживать за больными и необходимостью делать лекарства, которые могут им помочь. Нужно было сосредоточиться на том, что уходом могут заниматься и другие, а вот сделать антипаразитарное средство не сможет никто, кроме меня.

Я разрывалась между обязанностью находиться с больными, выхаживая их, и необходимостью готовить лекарства, которые могут им помочь. Но ухаживать за больными мог кто угодно, а, кроме меня, никто не знал достаточно, чтобы попытаться изготовить противопаразитарное средство.

Полынь, чеснок, репей. И горечавка. Нужно что-нибудь с очень высоким содержанием меди или серы — ох, ревень! Сезон для него уже прошел, но я собрала неплохой урожай и припасла несколько десятков бутылок с уваренной мякотью и сиропом — миссис Баг любила использовать ревень для пирогов, к тому же он был источником витамина C в зимние месяцы. Ну что ж, неплохая основа для лекарства. Добавить немного ржавого вяза, он успокаивает кишечник — хотя его действие и может остаться незамеченным на фоне такой свирепой заразы.